Повернув направо на площади,мы увидели стоящих возле памятника Дюку людей. Их было человек двести, а может быть и больше. В руках некоторые из них держали флаги Украины и еще другие,которые я раньше никогда не видела. Когда мы подошли ближе, то увидели,что у ступенек памятника устанавливают микрофон, а с двух сторон от него - большие акустические колонки. Через нескольк о минут к микрофону подошел средних лет худощавый мужчина . На правильном и чистом украинском языке он говорил,что преступная власть во главе с Януковичем предала свой народ ,сначала не подписав соглашение с ЕС, а потом и вовсе жестоко разогнав сегодняшней ночью мирных митингующих, в основном студентов.Дальше он объявил, что теперь здесь,у памятника Дюку будет одесский Евромайдан. Несколько девушек но-сили между собравшимися ленточки желто-голубого цвета и предлагали по-вязать их поверх одежды. Затем было предложено всем желающим подходить к микрофону и высказываться. Люди выстроились в нестройную очередь. Среди них были и совсем молодые, такого же возраста ,как и я, и пожилые -старше семидесяти лет. С противоположной стороны от выступающих стоял небольшой столик с термосом и тарелки с печеньем. Рядом со столиком стояла совсем старенькая, сгорбленная женщина, предлагавшая с доброй улыбкой всем подходящим людям выпить чаю и съесть печенье ее собственного приготовления. Позже я узнала, что зовут ее «тетя Валя».
Флаги на ветру трепетали,оттеняя желто-голубым цветом черное небо, а из громкоговорителей звучали разными голосами слова о свободной Украине и о властных тиранах. Вышедший к микрофону мужчина читал свое стихотворение :
Вставай з колiн за волю,
За честь, за кращу долю,
Та за дiтей щасливих,
Батькiв старих та сивих.
Когда он закончил, ему громко апплодировали.Почти каждый выступающий заканчивал свою речь словами «Слава Украине!», и площадь отзывалась «Героям слава!».Периодически кто-то выкрикивал «ЗЕКа на- нары!» и «ЗЕКа -геть!»,обращенные к президенту Януковичу,который,как это знала вся страна, дважды в молодости отбывал наказания за совершенные преступления. Было страшно и весело вот так стоять вместе с другими людьми мне, девушке, влюбленной в музыку и мужчину,стоявшего рядом, и еще вчера не принимавшей ничего на свете,кроме собственного счастья.
Мощный разноголосый хор сначала нестройно, а потом все более воодушевляясь,запел гимн,начинавшийся словами «Ще не вмерла України нi слава нi воля» ,и первый митинг на одесском Евромайдане закончился.Мы уходили с площади у Дюка в дремавший отстраненностью от происходящего вечерний город, с его простыми человеческими заботами и радостями, а недавние выкрики и спетый у Потемкинской лестницы гимн, остались где-то позади, как остается лишь в памяти зрителей увиденный фильм. Мы зашли в небольшое кафе и, заказав кофе, сели за столик.
- Ну, теперь ,вы точно революционерки,- проговорил Сергей.
- До революционерок нам, конечно, далеко, но сказать по правде - впечатлило,-отозвалась Летиция.- Я никогда раньше не слышала, чтобы так звучал гимн. Прямо дух захватывало!
Я сидела молча и с удовольствием пила маленькими глотками горячий кофе. Спокойная музыка расслабляла и успокаивала. Посидев немного и отогревшись,мы вышли на привычно оживленную улицу ,освещенную рекламными огнями многочисленных магазинов и кафе.Неподвижно застывшие безликие манекены в витрине одного из бутиков,мимо которого мы проходили два часа назад, не изменили за это время своих поз и оттого впечатление, что митинг мы смотрели лишь в кино, только усилилось. Но, как оказалось впоследствии это кажущееся кино превратилось в жестокую реальность и разные режиссеры развивали каждый свою линию сюжета.
В течение декабря мы с Сергеем еще несколько раз ходили на митинги к памятнику Дюку.Людей собиралось примерно столько же,как и в первый раз. Снова звучали речи, пламенные и не очень, стихи, украинские патриотические песни. Но события в Киеве приобретали все более драматический характер и новости по телевизору уже многие смотрели с внутреннним страхом. Друг Сергея, Вадим, подлечился, но в Одессу не вернулся, а остался жить в Киеве и стал активным участником Майдана.
Учеба в консерватории занимала все больше времени и я с удовольствием окуналась в мир музыки.Моя любовь к Сергею переросла в страстную привя-занность- я не могла быть без него ни дня.Наши физические отношения были ярки и свежи, как в первый раз,а наслаждение от обладания друг другом приобретало все новые оттенки чувственной радости, удивляя меня своей безграничностью. Волосы, губы, руки Сергея я открывала для себя снова и снова, а мое тело отзывалось на каждую его ласку трепетной взаимностью,как струны виолончели на прикосновение смычка в моей руке.