- Завтра Вадим отправляется на фронт,- сказал мне однажды утром Сергей.
- Уже?! - коротко спросила я и сердце мое сжалось от холода.
- Да,Ника,уже.Рана его зажила полностью и медицинская комиссия в военкомате признала его годным,-Сергей посмотрел на меня.- Пойдем завтра его провожать.
- Летиция знает?
- Да. Ты знаешь, мне кажется, что у них любовь.
-А мне не кажется -я точно знаю,-ответила я ,вспоминая взаимные взгляды Летиции и Вадима.- Только твоя сестра не признается -разве что,как обычно, в шутливом разговоре. Я уверена,- продолжала я,- что они будут счастливой парой,- я замолчала : ведь Вадим завтра уходит на войну, где стреляют и убивают. А вдруг?...Нет! Нет!Не может быть никакого «вдруг»! Он вернется живой и эта чертова война скоро закончится : ведь не могут же люди, жившие вместе столько лет в одной стране, убивать друг друга, только потому, что кто-то из них захотел теперь жить иначе!
- Я буду очень рад за них,-сказал Сергей.-Летиция чудесная девушка и я очень горд, что она моя сестра. А Вадим,ну это... просто настоящий мужчина. Друг. И я тоже верю, что они будут счастливы.
На следующее утро я проснулась раньше обычного ,едва серый рассвет проник в нашу комнату.Спать больше не хотелось.Я лежала, боясь пошевелиться, чтобы не разбудить Сергея.Но буквально через несколько минут он шумно вздохнул, открыв глаза:
- Доброе утро, Ника!
- Доброе утро, любимый!-я поцеловала его, прижавшись всем телом.
- Ну что : сегодня у нас тяжелый день,-проговорил Сергей.-Надо поддержать Вадима - пусть едет с чистым сердцем и знает, что тут его ждут.
- Никогда не думала, что придется провожать когото на войну,-сказала я.
- Все время, как во сне -кажется вот-вот проснемся и ничего этого нет...
- Я думаю это происходит со многими людьми.Но,к сожалению,это не сон, - он погладил меня по щеке.-Давай вставать! К восьми уже надо быть на мес-те.
Мы сидели на кухне и завтракали. Родители были тут же.
- Доченька, передавай привет Вадиму и скажи,чтобы обязательно возвращался живым,-негромко сказала мама.- Храни его Господь!-добавила она и перекрестилась.
Папа попросил Сергея пожать руку его другу и сказать ,что он поступает, как настоящий мужчина.Чуть ранее восьми часов мы уже подходили к небольшому зданию, находящемуся в тихом переулке невдалеке от Пушкинской улицы.На дороге перед подъездом стояли несколько автобусов с занавесками на окнах внутри. Вадим предупредил нас, что отправка бойцов батальона «Шторм», в который он записался, будет происходить в атмосфере полной секретности и провожать их разрешили только родственникам и близким друзьям.На тротуаре стояли три человека в камуфляжной форме,их лица были закрыты черными повязками. Сергей назвал фамилию Вадима, как пароль, после чего нас пропустили во внутренний двор,где уже собрались все отбывающие на фронт, а рядом с ними провожающие с серьезными лицами. Несколько бойцов держали на руках своих маленьких детей,еще не понимающих, что их отцы уходят на войну. Одна пожилая женщина тихо плакала, касаясь нежно рукою щеки молодого парня, видимо ее сына.
- Сергей, Вероника, идите сюда !-услышали мы голос Летиции, стоявшей вместе с Вадимом в глубине двора у самой стены .
Тут же рядом был и его отец . Военная форма изменила Вадима- он стал как будто выше ростом и шире в плечах.Мы подошли и поздоровались. Вадим улыбнулся.Летиция что-то говорила, но я не очень понимала сути.Мысль о том, что вот сейчас этот человек,наш друг, мужественный и смелый, уедет вместе с такими же как и он туда, где рвутся снаряды и свистят пули , а мы останемся в городе,пускай тревожном,но все-таки мирном,не давала мне возможности сосредоточиться и я не могла ничего сказать.Лишь когда прозвучала команда на построение,я порывисто подошла к Вадиму, поцеловала его в щеку и едва слышно проговорила :
- Моя мама сказала : храни тебя Господь!
Я отвернулась, потому что на глаза навернулись слезы: кто знает, может быть некоторые из убывавших на фронт уже никогда не вернутся обратно и одним из них может оказаться и Вадим. Сергей обнял его ,сказав: -Держись, дружище!, а Летиция поцеловала в губы.Отец Вадима перекрестил его склоненную голову. Мы стояли у стены рядом с остальными провожающими. Глаза почти всех женщин были влажны от слез, мужчины хранили суровое молчание и даже дети немного притихли, скорее почувствовав, чем осознав, тревожную атмосферу проводов. Выстроившись в шеренгу перед развернутым знаменем Украины и своего батальона, бойцы «Шторма» слушали напутственную речь командира, говорившего о Родине и о долге перед ней. Потом прозвучало :