Если бы Бен знал, как ошибался.
Бен
- Пока не отыщем хоть какие-то улики, об ордере можно даже не упоминать. – Бен допил кофе и кинул пластиковый стаканчик в урну. – Остается только бросить все силы на слежку.
- Кортес в курсе…
- Я в курсе, что он в курсе! – рявкнул Бен и глубоко вдохнул и выдохнул, успокаиваясь. – Но все, что мы сейчас можем, – ходить за ним по пятам в надежде, что он о нас попросту забудет. – Он скривился, будто съел кусок лайма. – Нам запретили ставить прослушку.
- Что?! – взвился Стивенс. – А как же тогда мы…
- Не знаю. – Бен вдруг ощутил страшную усталость. – Иди. Разберемся.
После того, как Стивенс, кляня начальство на чем свет стоит, удалился, Бен прислонился к стене рядом с кофейным автоматом и закрыл лицо руками. Он прекрасно понимал, что происходит: комиссар попросту перекрыл им кислород в надежде на то, что команда ничего не добьется и постепенно бросит это дело – но смириться с этим не мог. Город сотрясался от преступных войн, то тут, то там грохотала канонада, а наутро городской морг наполнялся новыми трупами, за которыми никто никогда не приходил. По случайности ли, по молчаливому ли соглашению, но жертв среди гражданских почти не было. И это служило слабым, но утешением.
Однако Бен не тешил себя надеждой, что так будет всегда. Рано или поздно Кортесу станет мало крови. И задача отдела по борьбе с организованной преступностью – предотвратить новую бойню.
Но как, черт побери, это сделать, имея в распоряжении лишь разрешение на слежку?! Того и гляди, Кортес обнаглеет настолько, что пожалуется на вмешательство в личную жизнь!
- Командир.
Бен отнял руки от лица и хмуро уставился на Мерфи. Самый молодой в их команде, но башковитый, он всегда нравился Бену.
- Что такое?
- Там… – Мерфи выглядел донельзя смущенным. – Там к вам пришли.
- Кто?
Парень покраснел и почесал нос – он всегда так делал, когда нервничал. И в следующее мгновение Бен понял, почему.
- Мануэла Кортес.
26 декабря
Бен
Этой ночью, в отличие от предыдущей, Бен спал плохо.
И дело было даже не в жестком диване, хотя и он был удобней, чем иные кушетки в Управлении. Ему не давал покоя Кортес и его сумасшедшая просьба.
Почему он? Почему именно к нему двинутый придурок явился с таким предложением? Можно нанять киллера, можно, в конце концов, самому явиться к Паучихе и пустить ей пулю в лоб! Зачем ему Бен?
Он откинул тонкое одеяло и сел. Что толку лежать, если все равно не спится? Вчерашний вечер оказался богат на встречи. Родриго, Мануэла. Два имени из далекого прошлого, но до сих пор каждое их упоминание иглой вонзается в грудь. Вряд ли ему удастся выспаться.
Бен глянул на закрытую дверь спальни, размышляя, не разбудит ли хозяина, если отправится на кухню за кофе, как вдруг оттуда донеслось:
- И на меня свари!
Бен выругался.
- Мысли ты читаешь, что ли?
Десять минут спустя они сидели за маленьким квадратным столом в свете единственной лампочки и прихлебывали кофе. За окном еще даже не начинало светать, снежинки кружились под единственным фонарем. Чарли опять не удосужился натянуть футболку, и когда он отошел к раковине, чтобы вымыть чашку, Бен получил возможность как следует разглядеть шрам на спине.
Он тянулся от левой лопатки до правого бока, тонкий и бледный. На его счет Чарли никогда не распространялся. Случайным знакомым, преимущественно женского пола и достаточно бестактным, чтобы спросить о его происхождении, Чарли отвечал одно и то же – упал на арматуру в детстве. Однако Бен знал, что страшный след остался у паренька от осколка той самой машины, в которой погибла его мать.
- Тебе не кажется странным… – начал Чарли, не отворачиваясь от раковины.
- Нет.
- Я же еще ничего не спросил!
- Да знаю я, что ты спросишь. Не кажется ли мне странным, что Кортес решил порешить Паучиху? Говорю же: нет. Она лишила его власти, сбросила с пьедестала и отправила в изгнание. Ты бы не хотел избавиться от нее на его месте?