Бен помнил имя каждого, кто участвовал в операции. На похороны он не посмел сунуть нос – не смог бы смотреть в глаза вдовам и детям погибших. Из полиции его поперли с треском, да он и сам бы ушел. Бывшие сослуживцы воротили нос, а то и переходили на другую сторону улицы, только бы не сталкиваться с ним лицом к лицу. Меньшинство сочувствующих считали, что с ним поступили несправедливо.
Она отключила телефон.
Бен зарычал и так треснул кулаком по стойке, что стакан с самогоном, который Чарли поставил перед ним, подпрыгнул.
- Эй! – возмутился бармен. – Прекрати тут все крушить, это тебе не спортзал! Тоже мне, Халк…
- Эта тварь выключила мой телефон! – прорычал Бен.
- Я слышал. – Чарли оставался совершенно спокойным. – Тебе надо выпить.
Он вытер лужицу, поставил стакан на новую подставку и, глянув Бену за спину, достал еще один.
Бен обернулся.
«Карселерос» давно разошлись, и только Родриго Кортес сидел за дальним столиком, у окна, на том самом месте, где много лет назад Бен застал их с сестрой, когда забрел в «Пальмеру» после службы. Он все еще не переодел свой роскошный графский наряд, но плащ небрежно повис на спинке стула.
Бен вспомнил, как дрогнули его плечи, когда Мануэла прошептала ему: «Лучше бы ты сдох». Слышал тихий ошеломленный выдох: «Эла…» И видел, с каким равнодушием та отозвалась на детское прозвище. Будто перед ней был чужой человек, а не любимый брат.
Черт.
Бен подхватил оба стакана и направился к Кортесу.
- Давай залпом. – Он сел напротив. – А потом Чарли вызовет «скорую». На всякий случай.
Кортес отлип от окна и недоуменно глянул на Бена. Затем на губах появилась знакомая озорная усмешка.
- Кого еще откачивать будут, дед.
- Проверим?
Два стакана с негромким звоном стукнулись друг о друга. Кортес, не прерываясь, высосал всю порцию и подтолкнул пустой стакан к центру стола.
- Боже, – просипел Бен, сделав то же самое. – Из чего он, черт побери, гонит это пойло?
- Думаю, лучше не знать. – Кортес отдувался, как после хорошей пробежки. – Но мне и правда полегчало.
- Ага, никаких мыслей в голове, кроме «что это за дерьмо?».
Кортес хихикнул.
- И не говори. Ну, – он наклонился вперед, положив локти на стол, – ты в норме?
- Насколько возможно. – Бен поморщился. – Но теперь я хотя бы знаю, что произошло.
- Да брось. – Кортес перегнулся через стол и хлопнул его по плечу. – Даже я не раскусил эту мразь, а она моя сестра.
- Вот именно. Тебе, должно быть, еще хуже.
- А, так ты об этом, что ли? – Кортес фыркнул. – Ну, я знаешь ли, подозревал, что видеть меня живым сестричке совсем невыгодно.
- Но все равно, услышать такое…
- …было больно, да, – закончил Кортес. Он щелкнул ногтем по кромке стакана. – К чертям! Я за все четыре года столько не выпил, сколько здесь за три дня, так что одним разом больше, одним меньше… Бармен! Наливай!
- Э нет. – Чарли поставил на стол бутылку самогона. – У меня планы на новогоднюю ночь, закройте потом бар.
- Во дает, – присвистнул Кортес. – Тебя только что отмутузили, как боксерскую грушу, а ты уже планов настроил?
- Да на мне все как на собаке заживает!
- Неудивительно. Кобель ты еще тот.
- Не завидуй. – Чарли показал ему язык.
- Почему ты не найдешь постоянную девушку? Так проще, чем каждый раз уговаривать новую!
Бен предостерегающе глянул на него, и Кортес замолк, поняв, что ляпнул что-то не то.
Неизменная улыбка Чарли не погасла, но теперь казалась насквозь фальшивой.
- Ты прав, так проще. Ровно до тех пор, пока твоя постоянная девушка не взлетит на воздух, потому что ты слишком много знаешь.
Он брякнул на стол ключи и нырнул в подсобку. Бен перегнулся через стол и прошептал: