- Хотел в последний раз увидеть твою мордашку, будь счастлив... - усмехаясь, сказал наркодилер, и затем закрыл дверь контейнера на замок.
Томас внезапно взял его за волосы и потащил к месту, где лежал рассыпанный наркотик.
- Это твоя доза... - проговорил он.
- Томас, это перебор... - начал Гарри.
- Заткнись, я что хочу, то и делаю с этим козлом. Мне твоё мнение сейчас и задаром не сдалось, как и твоё Эмма.
Кайл хоть и кряхтел от того, что его держали за волосы, и единственное, чем пытался помочь себе - упирался локтями в пол. Когда он наклонился, чтобы попробовать слизать спасительную дозу, Томас резко ударил ногой в то место, где был рассыпан наркотик, подняв всю пыль вместе со спасением Кайла в воздух.
- А теперь собирай, - сказал старший брат, после чего отпустил волосы Кайла, и тот даже не смог удержать своё тело, падая на пол, снова ударяясь о железную поверхность.
Гарри и Эмма стояли и в шоке смотрели за происходящим, не в состоянии что-либо сделать. На их лицах читалось сочувствие и одновременная злость, но не на Кайла. Тишина...единственное, что прерывало всеобщее молчание - отчаянный плач. Теперь у одного из находящихся в контейнере не было дозы, и через некоторое время ему придётся умереть.
- Томас, ты понимаешь, что если он умрёт, то ты будешь убийцей? - спросила Эмма.
- А тебе ли не плевать на это? Я сделал то, что считал нужным, а вы слабаки. Он бы вас тут загнобил, если бы меня тут не было. Плевать...Мы едем в место, где всем на это плевать, и мы никогда оттуда не вернёмся. Есть ли смысл жалеть кого-то?
- Ты не прав. Человечность... - начал Гарри.
- Человечность? Где ты её увидел в этом человеке? Ты говоришь о человечности, но не задумываешься о том, что он бы без зазрения совести смотрел, как мы умираем. А ведь ещё один день и боль была бы такая, что я вряд ли смог бы ему что-то сделать. Понимаешь? И говоря в третий раз о человечности, я бы хотел тебя спросить, где ты её потерял? Тебе же было жалко его? Не так ли? - подходя вплотную к брату, спросил Томас. - Так почему же ты не достал её из задницы и не показал мне её, а просто стоял и наблюдал за происходящим?
- Но я хотел...
- Ты хотел, вот в чём наше отличие. Ты хотел, а я делал. Если ты не можешь не только свою человечность достать оттуда, но и язык, тогда просто сядь в угол, закинься наркотой и жди приезда в Африку потому, что слышать тебя я уже не могу, меня тошнит от твоей наивности и избалованности.
- Томас, расслабься, мы же... - начала Эмма.
- Эмма, даже не пытайся меня успокоить, я не собираюсь потакать вашим желаниям и детским «хотелкам». Можешь снова подружиться с Гарри и тихо, мирно осуждать мои действия, но меня трогать с этой темой не стоит.
В это время Кайл лежал на полу и что-то бормотал. Сказать что-то внятно он не мог, так как нижняя челюсть была вывихнута, и даже не двигалась.
- Вот, пожалуйста, снова проклинает нас, я прямо уверен в этом, - вздохнул Томас, уже направляясь к нему.
- Не трогай его, - вставая на пути у брата, сказал Гарри.
- Вот, так-то лучше. Теперь справляйся с ним сам, раз ты осмелел, наконец-таки... - вздохнул Томас, после чего направился в угол и спокойно уселся.
Все подростки решили повременить с приёмом наркотика, так как существовала возможность того, что корабль может немного задержаться и путь увеличится со стандартных пяти дней до шести, а то и семи дней. Поэтому потянуть было просто жизненно необходимо.
Примерно в полдень корабль, наконец, отплыл и их начало качать. Гарри переживал, что у него начнётся морская болезнь, так как на кораблях он ни разу даже не стоял, поэтому знать, что произойдёт, не мог. Томас точно так же не имел представления о своих особенностях организма, но не придавал этому значения. Ему намного проще было бездумно сидеть в своём углу и не обращать внимания на всё происходящее в контейнере. Кайл без конца завывал, закинув голову назад, уперев её о стену контейнера, и наблюдал за небом, которое было видно через дыры в крыше их железной коробки. Гарри и Эмма о чём-то тихонько перешёптывались, будто переживая о том, что их кто-то услышит.
В какой-то момент Гарри встал и сказал: