Томас всё это тоже понимал, конечно же, только его терпения не хватало, чтобы выдерживать всякие язвительные фразы Эммы, и её периодическое недовольство.
- Слушайте, если мы хотим выжить в Африке, нам придётся сплотиться и делать всё друг для друга. Вы же понимаете, что мы приплывём туда, но будем далеко не единственными. Я хочу сказать, что внешних проблем будет столько, что лопатой не разгребём, и если к ним прибавятся внутренние конфликты, нам придёт конец. Нас по отдельности сломают, как веточку, но если мы соберёмся в «связку веток», тогда уже вряд ли...
- Хорошее сравнение, я не ожидал... - оборачиваясь, сказал Гарри.
- Спасибо. Вы можете хоть до конца жизни винить меня в случившемся, это выбор каждого, опять же. Но если у вас есть желание выжить, тогда я советую объединиться и забыть обо всём...
Их обсуждение длилось ещё в течение двух дней, которые на удивление, прошли довольно быстро. Единственное, что действительно мешало им жить в контейнере - вонь, которая исходила из угла, в котором находился Кайл, начинающий потихоньку разлагаться. В принципе, угол, который был местным туалетом тоже мало приятного приносил, поэтому Кайла они поместили в соседний угол, чтобы в остальной части контейнера ещё как-то можно было существовать.
Периодически Гарри и Эмма сетовали на Томаса за то, что он всё-таки убил четвёртого «путешественника», хотя мог бы этого и не делать. Но с этим уже ничего нельзя было сделать.
На третий день открылась дверь контейнера, но лишь на несколько недолгих мгновений, чтобы закинуть ребятам воду. Это было очень благородно, учитывая, что их собственные запасы уже понемногу заканчивались, а жара, которая нагревала контейнер, была практически невыносимой. Подростки кричали, чтобы кто-нибудь забрал из контейнера труп, но дверь закрылась, и никакого ответа не последовало. Томас, конечно же, начал проклинать того человека, который их слышал, но не откликнулся, а вот Гарри и Эмма затыкали его, как только могли, так как боялись, что их за борт выкинут за острый язык Томаса. Четвёртый и пятый дни подростки в основном спали, чтобы не чувствовать голод и жажду, да и вонь тоже. Все надеялись, что пятый день станет последним, чтобы не испытывать очередные мучения и боль.
Наконец, дверь контейнера начала издавать привычный скрежет.
- Слава Богу, мы приплыли? - взмолился бледный Гарри.
- Надеюсь... - пробурчал недовольный Томас. - Если нет, то хотелось бы услышать, что нас довезут на скоростной лодке.
- Размечтался, - хмыкнула Эмма, вглядываясь в открывающуюся дверь контейнера.
- Все на выход, - прозвучал довольно спокойный женский голос, но при этом чётко слышалось, что английский не её родной язык, слишком уж ломанный диалект.
Ребята начали подходить к выходу из контейнера. Им пришлось немного постоять в дверном проёме, чтобы хоть немного привыкнуть к дневному свету. Первым стоял Томас, следом за ним Гарри, а последней была Эмма. Яркий свет слишком сильно слепил подростков, чтобы те хоть что-то могли увидеть впереди себя. Внезапно Томаса кто-то схватил за руку и потянул наружу, а остальные двое ребят сначала испугались, но образумившись, сделали несколько шагов вперёд, врываясь в завесу из солнечного света. Как только они вышли наружу, тут же зажмурились изо всех сил, и старались руками прикрыть глаза. В это время им сразу же заломали руки за спину, и упёрли лицами в палубу корабля.
- От них несёт, как от какой-то тухлятины, - сказал мужской голос.
- Великолепно...Вы загляните в контейнер, - щурясь, пробурчал Гарри, чувствуя щекой, какое же всё-таки горячее покрытие корабля.
- Хотели помочь, а, в итоге, ни черта не видим... - точно так же недовольно пробубнила Эмма.
- Я тут, если что, - послышался голос Томаса, только такой невнятный, будто бы его тоже «вдавили» в палубу.
- Тебе тоже заломали руки? - спросил Гарри, но после этого сразу же получил удар ногой в бок, которого он явно не ожидал.
- Эй, что там происходит? - спросил Томас, услышав подозрительное кряхтение брата, но затем и сам получил удар ногой в живот.
- Я сказала выходить из контейнера, это раз! Во-вторых, я не говорила о том, что у вас сейчас есть право на разговоры между собой, - послышался тот же женский голос, который приглашал их выйти из контейнера.
- Какая грозная женщина, - хмыкнул Томас.
- В-третьих, я не давала разрешение на то, чтобы ты вообще открывал свою вонючую дыру, - процедила она сквозь зубы. - Ты хочешь со мной поиграть, щенок? - наклонилась она к нему, и прошептала на ухо. - Если я захочу, вам всем сейчас запросто вспорят животы и подвесят так, чтобы кишки выпали, и пока будете болтаться и трястись, ещё и удушитесь в них. Хотите забавно умереть?