- Я надеялся, что он сдохнет. Это чувство...будоражит... - пробурчал Уильям.
- Оставь его! - оттаскивая Гарри от умирающего, сказал Даниэль. - Не надо, оставь это...лучше побудь с братом, это сейчас нужнее. Врач нам показал сейф этого ублюдка, там хватит денег на то, чтобы каждый спокойно улетел домой.
- Хорошо... - тихо произнёс Гарри, после чего направился к телу Томаса.
- Эй, я надеюсь, что ты понимаешь, из-за кого он сдох?
- Заткни свою пасть! - злобно прошипел Даниэль, ударив ногой по лицу Уильяму.
- Давай ещё, только посильнее, а то, как девчонка!
- Не-е-ет! - протянул он. - Ты прочувствуешь всё, на что обрекал всех нас. Будь добр...сдыхай помедленнее!
Гарри сидел с братом до самого рассвета, пока все остальные собирали тела погибших и складывали их по машинам, чтобы вывезти на кладбище и похоронить их там. Уильяма хоронить никто не собирался, его тело так и осталось лежать у порога комнаты. Гарри сказал, что Томаса он повезёт обратно, в США, чтобы похоронить дома. Никто спорить даже не собирался. Его в первую очередь отвезли в столицу, где они довольно быстро и без лишних проблем договорились на перевозку груза 200 на самолёте. Стоило это не так дорого, как изначально все думали, ровно тысяча долларов.
- Из-за тысячи долларов ты сюда попал, и за тысячу отсюда улетаешь домой... - проговорил Гарри, поглаживая гроб, в котором лежал Томас, перед его погрузкой в самолёт.
Даниэль проводил Гарри до самолёта.
- Что ж, мы больше никогда не увидимся, так что, хотел бы извиниться за то, что иногда был полным идиотом. И спасибо за то, что вы с братом спасли всех нас. Я этого точно никогда не забуду, как и любой другой из выживших.
- Спас всех именно Томас, поэтому я точно так же, как и ты, могу лишь его благодарить...
- Я уверен, что он старался не для всех, а ради тебя...У тебя самолёт сейчас вот-вот улетит.
- Да, мне действительно пора. Удачи тебе, и не забудь всё-таки вернуться домой, не задерживайся тут. И ещё, проверь, пожалуйста, чтобы Аишу похоронили, а Уильяма наоборот склевали птицы или сожрали звери.
- Я тут совсем ненадолго, надо же закончить тут все дела. Попрощаться со всеми. За этим я уж точно прослежу, не переживай. Не болей и наслаждайся жизнью!
Гарри зашёл в самолёт и подумал о том, что ни за что в будущем не вернётся больше в Африку. Полёт должен был быть довольно долгим, около двенадцати часов, но лишь потому, что без каких-либо пересадок, иначе пришлось бы лететь не меньше целых суток.
«Как мне смотреть в глаза родителям...», - эта мысль больше всего беспокоила его.
Тяжело вздохнув, он откинулся на спинку кресла и произнёс:
- Я скучаю...
Перед тем, как, наконец-то, уснуть, Гарри подумал о единственном своём желании, чтобы вся эта история оказалась лишь неприятным сном, и, проснувшись, он снова оказался у себя дома...
Глава 18. Я – дома…
«Мне тяжело писать об этом, но стоило бы сначала поздороваться с вами, Мама, Папа, ведь я этого не делал как минимум последние пару лет.
Мне тяжело писать об этом, ведь я хотел когда-нибудь позже рассказать вам лично всю эту писанину. Скорее всего, я был плохим сыном, и на это у меня была своя причина. Я хотел вашего внимания и понимания, но всё это доставалось Гарри, который, конечно же, всего этого заслуживал. Но мне тоже хотелось хотя бы немного. Я хотел родительской любви...
Мне тяжело писать о том, что я лишаю вас возможности видеться с Гарри, возможности радоваться его победам и жизненным успехам. Я сожалею о том, что затянул вслед за собой в пучину. Именно из-за меня мы оба совсем скоро окажемся в незнакомом месте и рядом с незнакомыми людьми. Я буду стараться защитить его от всех неприятностей и невзгод, дабы он смог вернуться к вам в целости и сохранности. Я бы хотел сказать, куда мы отправляемся, но не могу, ведь если вы нас найдёте, то, скорее всего, мы погибнем...
Мне тяжело писать о том, что я действительно чувствовал по отношению к вам всем, хоть и был всё время нелюдим и груб. Признаваться в чувствах на бумаге совсем неправильно, но по-другому я не смогу, ведь сердце мне подсказывает, что я не вернусь. Не знаю, почему, но я чувствую это. Мне страшно, но я буду сильным ради Гарри...
Мне тяжело писать о том, что я вас люблю, но выбора нет, это будет единственным доказательством моих истинных чувств...
Мне тяжело писать о том, чего я хочу...о единственном своём желании и просьбе к вам. Когда письмо закончится, скажите...»
- Я тебя люблю... - заканчивая читать в сотый раз это письмо, рыдала мать. - Томас...
Рядом сидел отец, который приобнял жену и с трудом сдерживал слёзы, которые выступали на глазах.