Я покачала головой:
— Я благодарна за предложение, но собираюсь остаться здесь. Там, дома, для меня ничего не осталось.
— Я не смогу защитить вас, — сказал он. — Если вы останетесь, вы, вероятно, найдёте только смерть и страдания. В грядущие годы здесь будет не слишком приятное место для таких, как вы.
— Да ну? — спросила я. — Почему же?
Он пристально посмотрел на меня, затем поморщился:
— Вы знаете, почему. Мой сын сказал, что вы, кажется, знаете больше, чем должны; больше, чем должен любой ребенок вашего возраста, и я склонен поверить ему.
— Что я такого опасного могла бы узнать? — спросила я. — Может быть, личности людей, которые… состоят в сомнительных организациях? Тех людей, у которых здесь дети?
— Что вы хотите сказать? — осторожно спросил он.
— Только то, что им есть что терять, в отличие от меня, — ответила я. — Моя семья мертва, и нет никого в мире, о ком бы я пеклась. Это оставляет мне определенную… свободу действий.
Его лицо стало напряжённым.
— Вы станете угрожать детям?
— Не Драко, — ответила я. — Раз уж он, кажется, немного более благоразумен, чем остальные.
— А остальные?
— Я не особо люблю причинять вред людям, — ответила я. — Гораздо больше я бы порадовалась, если бы меня оставили в покое. Если определенные фракции желают моей смерти, то может, мудрее будет подождать, пока закончится учебный год.
Он помолчал некоторое время, его глаза шарили по моему лицу. Мне стало интересно, был ли он легилиментом; на случай, если был, я сосредоточилась на своей абсолютной искренности и целеустремленности, готовности сделать то, о чём говорила.
— Это не слова обычного ребенка, — сказал он. — Разве ты ничего не боишься?
Я посмотрела на него уверенно:
— Если бы я была гриффиндоркой, то может быть и сказала бы вам.
Впервые его губы тронула улыбка:
— Возможно, твоё место и правда в Слизерине.
— Я пыталась добиться от Шляпы, чтобы она отправила меня куда-то ещё, — ответила я. — Но она, кажется, считала, что Слизерин — единственное место для меня.
Он нахмурился:
— В мои дни Шляпа всегда отдавала предпочтение желаниям ученика. Возможно, она впала в маразм.
— Ей не помешала бы чистка, — отозвалась я.
— Малфои не забывают, — сказал он, вставая. — Не забуду и я.
— Я тоже не забываю, — заметила я. — Я не угроза никому, кто не угроза мне. Добейтесь того, чтобы люди оставили меня в покое, и я буду считать это достаточной наградой.
Он слегка кивнул и вышел, не задерживаясь более.
Я снова закрыла глаза, и казалось, что прошло совсем немного времени, прежде чем я услышала тяжелые шаги входящего в медпункт.
Это был Хагрид; он выглядел поражённым.
— Единорог выжила? — спросила я.
— Должна выжить, — ответил Хагрид. — Но мне ваще не следовало вас отправлять одних.
Я пожала плечами:
— И сама справилась.
— Большинство троллей сейчас в северной части леса, — сказал Хагрид. — Должно быть этого самца выгнали со стаи, он и искал, где лучше поохотиться.
— Что с вами теперь будет? — спросила я. — Мистер Малфой выглядел весьма сердитым.
— Зарплаты за месяц лишили, — ответил Хагрид. — Выгнали бы со скандалом, если бы Дамблдор не заступился.
— Мне представляется, что в лесу не так много существ, которые опасны для вас, — сказала я. — Даже этот тролль прошлой ночью.
Хагрид пожал плечами:
— Мы бы немного побили друг друга, затем пошли бы каждый своей дорогой. Жаль, что тебе пришлось его убить.
— У меня не было выбора, — ответила я. — Может быть, если бы училась на пятом курсе, но я пока знаю не так уж много заклинаний.
— Жаль, что ты пострадала, — сказал он.
Помолчал нерешительно:
— Никогда бы не подумал, что такая малявка вроде тебя смогла бы убить что-то настолько большое. Он практически сразу кровью истёк.
— Он сложён, как человек, — ответила я. Пожала плечами. — Не так уж и сложно было.
Кажется, я его не убедила.
— Остальные грят, что ты двигалась с такой скоростью, что глазу было не уследить.
— Темно было, — сказала я. — А они вспышками стреляли вместо того, чтобы освещать тропинку. У них, наверное, такие зайчики перед глазами стояли, что вообще удивительно, как они что-то разглядели.
— В следующий раз я справлюсь лучше, — сказал Хагрид.
— Просто помните, что не все первогодки такие крепкие, как я, — ответила я. — Вам бы относиться к ним, как к младенцам.
Он кивнул, и направился к выходу.
Тут я впервые осознала тот факт, что кто-то переодел меня и помыл, или, возможно, использовал для этого магию, так как на моем теле вообще не было крови тролля.