— Это школа, полная детей! — сказала Мадам Помфри. — Большинство из них в таком возрасте, когда уважение — это последнее, что они понимают.
— Возможно, пришло время им научиться, — ответил Дамблдор.
Его лицо стало жёстче.
— Слова о том, что они превосходят других, внушили некоторым чистокровным идеи… идеи, которые сделали их уязвимыми к определенному внешнему влиянию.
— Мисс Эберт — не наглядная иллюстрация. Она могла убить любого из этих учеников.
— Но не убила. Она применила ровно такое количество силы, которое собиралась, и не более, — сказал Дамблдор. — Она показала такой уровень самообладания, который удивителен для кого-то её возраста.
— Если это то, что вы называете самообладанием, то не уверена, что хочу увидеть, как будет выглядеть потеря контроля.
— Думаю, мы уже увидели, — сказал Дамблдор. — Больше всего меня беспокоит деталь её последнего страха. Будь это сцена, взятая из маггловских развлечений, там не было бы остальных элементов.
— Остальных элементов?
— Ты не заметила запахов? — спросил Дамблдор. — К моему сожалению, я однажды видел схожую сцену, когда был в Африке, и никогда не забуду, как там пахло. Эти запахи были абсолютно подлинными, и если Пожиратели Смерти обострили всё до такого уровня жестокости, у нас гораздо больше проблем, чем мы считали.
— Так вы собираетесь поговорить с девочкой?
— Думаю, что должен, — сказал Дамблдор. — Хотя бы затем, чтобы узнать больше о совершенных против неё преступлениях. Мне следовало сделать это в начале семестра, но я подозревал, что она слишком травмирована, чтобы справиться. Теперь же я изменил решение. В конце концов, некоторые нарывы следует вскрывать.
— Маггловское шарлатанство, — презрительно фыркнула мадам Помфри.
— Они делают, что могут, — беззлобно пожурил её Дамблдор. — И их методы стали намного менее варварскими, чем они были во времена моего детства. Возможно, однажды они превзойдут нас.
Мадам Помфри ещё раз презрительно фыркнула.
— Словно это когда-нибудь случится.
— Как только ситуация с боггартами разрешится, мисс Эберт и я поболтаем, — сказал Дамблдор.
— Хорошо. Давно пора.
* * *
— Ты не видел этого, — сказала Гермиона. — Это… я не знаю, что и думать.
— Нельзя считать кого-то ответственным за то, чего он боится, — сказал Невилл, наклоняясь ближе к ней. — По крайней мере, она боится не профессора Снейпа.
Гермиона рассмеялась грустно.
— Единственное, чего она боится, так это самой себя. Вот что все говорят.
— Ну, — сказал Невилл. — Это же хорошо, верно? Если она беспокоится о том, что может убить тебя, это означает, что она волнуется о тебе.
— Она боится, что сорвётся и убьёт всех, — ответила Гермиона. — Не только меня, но всех волшебников повсюду.
— Она же не может такого сделать, правда? — спросил, хмурясь, Невилл. — Глупо думать, что один волшебник в состоянии сделать что-нибудь подобное.
— Ты-Знаешь-Кто хочет убить всех магглов, и они превосходят нас в численности шесть тысяч к одному, — сказала Гермиона. — Я могу придумать пару способов убить всех нас, а раз могу я, то она способна их придумать вдесятеро больше.
— Подожди… как?
— Я не собираюсь никому рассказывать! — ответила Гермиона, сердито глядя на него. — Это не те идеи, о которых следует говорить вслух.
— Представь себе, что вот такие мысли у тебя всё время, — сказал Невилл. — Потому что они должны быть у тебя, чтобы защитить себя. Разве это не обеспокоило бы тебя?
Гермиона притихла на секунду.
— Меня беспокоит то, что я вообще могу думать о тех вещах, о которых думаю.
— Насколько хуже всё должно быть для Тейлор? Даже поддельные Тейлор заставляют профессоров попотеть, по крайней мере, я так слышал.
Студенты ходили на занятия и обратно в сопровождении Старост, и во всех остальных случаях сидели взаперти в своих жилищах. Библиотека оставалась одним из немногих мест, где ученики из других Домов всё ещё могли поговорить друг с другом, так что теперь в ней было больше народу, чем обычно.
— Твоя приятельница ненормальная! — услышала Гермиона громкий возглас рыжего, сидевшего через стол от них.
Несомненно, он подслушивал их разговор. Ей нужно было изучить заглушающие чары, и чем скорее, тем лучше.
Гермиона подавила порыв ответить ему неприличным жестом. Последнее, что ей сейчас требовалось, так это потерять баллы Дома. На неё уже давили старшие ученики факультета насчет её дружбы с Тейлор. Общее мнение было таково, что она опасная, неуравновешенная одиночка.