— Надеюсь, что ты ошибаешься, — сказал шестикурсник. — Но мне кажется, что всё-таки не ошибаешься.
Комната взорвалась перешёптываниями, и так как толпа была большой, то должно было пройти какое-то время, прежде чем люди затихнут.
— Нам нужно не высовываться, — сказал шестикурсник. — Не привлекать к себе внимания.
Я кивнула.
— Они будут ждать только повод, от всех нас, — подтвердила я. — Особенно от меня.
Прошедшие два месяца, с самого начала учебного года, я работала над планом побега. Я добавила провизии, чтобы в случае необходимости забрать Гермиону, и может быть даже Гарри, Невилла и Милли, хотя попытка забрать всех их окажется невероятно тяжёлой.
Я резко, с щелчком повернула голову. Директор Роули направлялся в нашу сторону.
— Нам лучше разойтись, — сказала я. — Или они решат, что мы тут строим против них заговор.
В каком-то смысле мы его и строили, но об этом я промолчала. Волдеморт решил сделать свои идеи более популярными, настроив общество против другого врага.
Я могла поступить так же.
Уже больше полутора месяцев я работала над созданием сети. Вначале было трудно — по какой-то причине люди не очень охотно говорили со мной, но в конечном итоге некоторые из моих маглорожденных приятелей оттаяли, и остальные последовали их примеру.
Сейчас даже семикурсники прислушивались ко мне, причем не так, словно я маленькая девочка, а так, как будто я знаю, о чем говорю.
Лично я считала, что знаю, но только время могло нас рассудить. В то же время мне требовалось, чтобы класс оставался в безопасности, насколько это было возможно.
Все начали выходить из класса.
У профессора Бёрк имелась привычка покидать класс чуть раньше, так, будто она подталкивала нас к разговорам между собой, при этом сохраняя возможность отрицать свою благосклонность. Сегодня дело было в другом. Я слышала, как чиновник Министерства до сих пор устраивает ей разнос в кабинете директора.
Очевидно, урок не рассматривался как источник положительного опыта, каковым он по факту оказался, и теперь от Бёрк требовали, чтобы она сильнее нас прессовала.
В том, что у неё мог быть тайный порыв помочь нам, сомнений не было. В ходе занятий по её предмету она явила такое близкое знакомство с магловским миром, в каком никогда не признались бы большинство чистокровных. Она любила делать сравнения, после которых нам всё становилось ясно.
Интересно, она на самом деле замужем за маглорожденным или нет? Если нет, то притворялась она просто замечательно.
Я последовала за остальными в коридор.
— Не нравятся мне эти тучи, — пробормотал паренёк передо мной.
Я ощущала снаружи холодный воздух. В нём присутствовала некая странность, и насекомые ощущали... нечто, чего не могли распознать. Оно вызывало в них страх, и они оставались на месте только потому, что я принудила их к этому.
Небо темнело, и можно было увидеть пар, вылетающий изо рта.
Что-то приближалось. Я переключила своё внимание от продолжающейся в кабинете директора драмы на самые высокие из открытых в замке окон. Я послала насекомых, чтобы увидеть то же, что и они, и увиденное обеспокоило меня.
Парящие фигуры в капюшонах окружили замок. Атака Пожирателей Смерти?
Я вытащила палочку. Не знала, что волшебники могут летать без метлы. Если дело было в каком-то заклинании, то я желала выучить его.
Три фигуры отделились от остальных, и пролетели над стенами.
Хотя стены и были защищены от существ, проходящих через ворота, очевидно, защита против летающих созданий была не такой мощной. Это было преднамеренной уязвимостью в обороне, или никто о таком не подумал?
Они были укутаны тёмными плащами с капюшонами, лица их были скрыты. Время от времени сквозь покровы мелькали кусочки гниющей кожи.
— Дементоры! — услышала я крик семикурсника.
На мгновение меня оглушило.
Мир вокруг внезапно исчез, сменившись апокалиптическим пейзажем, заполненным телами жертв Сына. От дыма горели легкие, и вместе с дымом до меня долетал болезненно сладкий запах горящей плоти. Я готова была услышать крики умирающих, но их не было, потому что вокруг раненых не осталось. Я оказалась одна в мире, в котором не смогла защитить всех.
Картинки вспыхивали в мозгу — Левиафан, Симург, Бегемот, Девятка. Они появлялись в голове всё быстрее и быстрее, в то время как волна всепоглощающего отчаяния захлёстывала меня.
Я вытолкнула её прочь. В тот момент, когда эмоции перешли в насекомых, мир вокруг прояснился, и внезапно ко мне вернулось зрение.