― В мое время, с тобой бы разобрались в первый же день в Хогвартсе.
― Заткнись, карга старая, — рявкнул Грюм, ударяя посохом по раме.
Старуха завизжала:
― Предатель крови! — орала она. — Всех вас следует сжечь живьём за то, чем вы тут занимаетесь. А эту девку — первой!
― Почему бы вам не пройти вперёд? — тихо спросила я. — Я бы хотела немного с ней поболтать.
― Сомневаюсь, что ты сможешь её вразумить, — сказал Грюм. Посмотрел на меня пристально, затем ухмыльнулся. — Но не стесняйся.
Он пошёл дальше, и в тот момент, когда я посчитала, что он вышел из зоны слышимости, я повернулась к женщине и уставилась на неё.
Вытянула руку, коснувшись холста.
― Что ты делаешь? — взвизгнула она. — А ну, не касайся своими грязными грязнокровными руками моего прекрасного чистого холста!
― Мне ещё не доводилось убивать картину, — сказала я.
Я преднамеренно говорила голосом Луны. Когда мне нужно было добиться от неё правдивой реакции и она говорила что-то неожиданное, это, как правило, приводило в замешательство.
― Вы закричите, если я подожгу холст?
― Ч-что?
― Можно попробовать растворитель краски. Может, смогу растворить половину вас, а другую половину оставлю кричать, — сказала я. — Это будет интересный эксперимент.
― Ты не посмеешь.
― Я грязная грязнокровка, — отозвалась я. — Маглы уже давно изобретают всё новые и новые способы убийства друг друга. Почему вы ждёте, что во мне будет хоть капля жалости к чистокровной? Хотя вы даже не чистокровная... вы меньше, чем грязнокровка, потому что вы даже не человек.
Она начала брызгать слюной.
― Честно говоря, даже домовой эльф лучше вас. В конце концов, он живой и может творить магию, а вы... вы не можете ничего, не так ли? Вы только и способны, что сидеть тут и кричать, и может, мне только этого от вас и требуется.
Она тряслась, лицо её покраснело.
― Моя родословная чиста как...
― Вы даже не связаны с ними родственными узами, на самом-то деле. Вы всего лишь краска и холст, и вы знаете, из чего делают краски... из земли. Так что кто тут грязнокровка?
Она, с раскрасневшимся лицом, кричала на меня. Кричала она практически бессвязно.
― Молчать! — крикнула я. — Или я просто приклею ещё один кусок стены поверх вашей картины при помощи клеющего заклинания, и оставлю вас навсегда в одиночестве и темноте. Как думаете, сколько времени вам потребуется, чтобы сойти с ума?
― Они никогда не позволят! — воскликнула она, бледнея.
― Никто из них не любит вас особо, — ответила я. — Если я сожгу вас как растопку, то их это не взволнует. Очень просто будет вырезать кусок стены с вами, сжечь его, затем заменить стену.
Она не нашлась, что сказать в ответ на это.
― Я хочу, чтобы вы знали, кто я, — сказала я. — Потому что я не собираюсь проводить следующие три месяца, слушая ваши оскорбления в адрес меня и моих друзей.
― Ты блефуешь, — произнесла она.
Я вытащила нож и ударила несколько раз в ту область, где располагалась её грудь. Также я ещё несколько раз ударила ножом по холсту.
Она взвизгнула, словно умирала. Что интересно, она и правда истекала красной краской.
Отскочив в угол картины, она таращилась на меня так, словно я была безумна. Сама она была бледной и тряслась.
― Мне не нужно блефовать, — пояснила я. — Если я уничтожу вас, то не найдется суда, который обвинил бы меня. Вы не человек; и это значит, что я могу сделать с вами всё, что захочу, и никто ничего не скажет. Иронично, с учетом того, что такие, как вы, желали таким, как я.
Я ожидала, что она выскользнет из рамки. Но она этого так и не сделала.
― Если я вырежу ваши глаза, ослепнете ли вы? — спросила я.
Это оказалось уже слишком, и она скрючилась в углу картины. Я удовлетворенно кивнула; нам всем требовалось знать, была ли у неё другая картина, куда можно было бы сбежать, потому что выглядела она как картина, которая сдала бы нас при первой же возможности.
― Если вы продолжите доставлять неприятности, нам придётся поговорить ещё раз. Мне, возможно, придется рассердиться. Подозреваю, что сердитая я вам не понравлюсь. Или, ещё хуже, я могу стать изобретательной.
С этими словами я направилась к кухне, увидев несколько лиц, выглядывающих в коридор.
По дороге я беспечно насвистывала.
Глава 93. Угроза безопасности
― Она была угрозой безопасности, — сказала я. — Мне требовалось знать наверняка.
Они все таращились на меня, словно удар ножом по картине — это безумие какое-то, а не разумная мера безопасности.
Я сидела за столом с Ремусом, Сириусом, Снейпом, Дамблдором и Гарри. Он был единственным, кто не выглядел шокированным. Он просто многозначительно кивнул мне. Молли Уизли находилась в другой части дома, используя магию для уборки и подготовки всего для нас. Грюм стоял, прислонившись к стене.