Он посмотрел на меня, едва заметно пожал плечами.
― Тем не менее, мы сделаем всё, что в наших силах, чтобы защитить чемпионов, — продолжал Роули. — Было заключено соглашение, что участвовать в Турнире будет разрешено только достигшим совершеннолетия.
В толпе раздались стоны, вкупе с несколькими одобряющими возгласами. По какой-то причине все смотрели на меня.
― Это отстраняет от участия мисс Эберт, — произнес Роули. — Что открывает возможность для шести— и семикурсников принять участие в состязании.
Всё смущённо захихикали.
Первогодки, все как один, вне зависимости от того, на какой факультет их распределили, таращились на меня с широко раскрытыми глазами.
― Тем не менее, я подозреваю, что наши шансы весьма хороши, благодаря очень активной клубной деятельности в этом году, — продолжил Роули.
Высокая похвала моей группе, учитывая то, что он видел лишь пару наших тренировок.
На лицах людей из моей группы, даже у Рона Уизли, расплывались удовлетворённые улыбки. Несмотря на его безалаберное отношение к занятиям, он всё равно стал достаточно хорош, чтобы побеждать тех учеников, кто вообще не занимался.
― Приз — тысяча галлеонов, — провозгласил Роули. — И я должен упомянуть о завоёванной славе. В записях Турнира Бобатон и Хогвартс идут ноздря в ноздрю. Но я не буду говорить о славе. Я позволю вам самим решить, что вы думаете по этому поводу.
― Дурмштранг никогда не выигрывал, — тихо сказал Драко. — Одна из причин, почему отец меня туда так и не отправил. Их образование не соответствует стандартам во всём, кроме квиддича.
― Позвольте мне сказать начистоту, — произнес Роули. — Во время Турнира погибали люди; иногда не только участники. Если бы решение зависело от меня, то Турнира бы вообще не было.
Тогда, значит, его протолкнул совет попечителей или кто-то в Министерстве. Я нахмурилась.
― Означает ли это, что в школе окажутся незнакомцы? — спросила я Драко.
― Дети из других школ, — ответил он. — Журналисты, родители, чиновники Министерства... огромное множество.
Множество возможностей проскользнуть для убийц, некоторые из которых, скорее всего, будут не в себе. Хуже того, из-за того, что мы не будем знать их, и потому что их будет так много, протоколы Властелин Скрытник будет трудно или невозможно применить.
Драко, кажется, понял ход моих мыслей.
― Если на первой полосе Пророка выйдет красочное фото, как ты убиваешь чью-то бабушку, это плохо скажется на твоей репутации, — заметил он.
― Может, я просто не буду вмешиваться, — парировала я.
― А если случится что-то, что ты не сможешь остановить, тоже не будешь? — спросил Драко. — А если случится с одним из твоих друзей?
Нахмурившись, я покачала головой.
Будет трудно сладить с тем, чтобы не оказаться неожиданно подстреленной из толпы. Хуже того, Турнир позволит людям оказаться как минимум на призамковой территории и откроет массу возможностей для подбрасывания проклятых вещей.
― Я не стану запрещать, — продолжал Роули, — но прошу подавать заявку на участие лишь тех, кто отлично колдует.
Он смотрел на моих людей.
Именно они более года трудились упорнее всех. Они обучались стратегии, и не только при помощи групповых тактик. Они тренировались сражаться в битвах, где они будут единственными из бойцов, потому что все маглорожденные являлись мишенями.
Семикурсники прошлого года уже работали тренерами Дамблдоровской магловской группы, хотя и всё ещё регулярно присылали мне отчеты.
Все мои люди смотрели на меня.
Должна ли я сказать им избегать турнира? Это было бы умно, но некоторым из них не помешала бы тысяча галлеонов, а если начнутся настоящие проблемы, я вмешаюсь.
Я пожала плечами.
― А ты правда маглорожденная? — спросил первогодка, сидящий напротив.
― Ещё не провели ознакомительную беседу, — пояснил Драко. Вздохнул и повернулся к пареньку. — Просто она хочет, чтобы мы так считали. Её матерью был боггарт, а отцом — Нунду. Дамблдору пришлось заколдовать её, чтобы она не убила нас всех, но каждый раз, когда кто-то её беспокоит, эти заклинания самую чуточку слабеют.
― Х...хорошо, — отозвался паренек. — Извините.
― Это шутка, — ответил Драко. — Но не слишком далеко ушедшая от правды. Я собираюсь провести беседу со всеми вами, первогодками, прежде чем вы отправитесь спать.
― Ты будешь толкать речь? — спросила я.
― Сложилось впечатление, что я удачная кандидатура — знаю тебя, и при этом не являюсь ни твоим другом, ни твоим врагом, — объяснил он. Скромно пожал плечами. — Кто я такой, чтобы отказываться?
В дальнейшем это закрепит его авторитет среди первогодок. Авторитет не только по моему поводу, но и по другим вещам. Разыгрывал ли Драко нечто долговременное?