— Вот поэтому, мисс Эберт, я не могу поместить вас ни в один из них, — сказала шляпа наставительным тоном. — У меня есть обязательства перед этой школой. Я готова позволить тебе остаться, пусть ты и взрослая, потому что ощущаю, что ты здесь не по своему выбору, и потому что тебе больше некуда идти. Я не обязана облегчать тебе задачу.
— Погоди-ка, — сказала я.
— Ты бы превосходно вписалась в Хаффлпафф, когда была моложе, — ответила шляпа. — Но жизнь перековала тебя в нечто совершенно иное.
— Я не амбициозна, — сказала я.
— Разве? — спросила шляпа. — Ты добралась до самого верха карьерной лестницы в своей прошлой профессии... что бы это ни было... за удивительно короткое время.
Чем дальше, тем сильнее мне казалось, что шляпа солгала относительно чтения разума.
— Я делала то, что должна была, — пробормотала я. — Я просто с головой окунулась в злодейские дела, а потом — в геройские. Разве хаффлпаффцы не должны быть трудолюбивыми и старательными?
В течение восьми часов в поезде, я слушала Невилла, болтающего о том, как он, по его мнению, окажется, в конечном итоге, в Хаффлпаффе.
— В любом доме могут быть трудяги, но ты никогда не будешь просто одной из множества других, — сказала шляпа. — Ты всегда будешь выделяться.
— Слизеринцы известны за решительность, находчивость и смышленность, — продолжала шляпа. — Можешь ли ты и вправду сказать, что это не определяющие характеристики твоей личности?
— Мне придется убить кого-нибудь, если ты меня туда отправишь, — сказала я. — Ты сказала, что должна заботиться о благе всех учеников.
— Я не распределяла магглорожденного в этот дом на протяжении двадцати лет, — сказала шляпа. — Потому что подозревала, что ни один из них не выживет. А ты как таракан... ты живёшь и процветаешь в условиях, в которых другие провалились бы.
Я представила картинку, как шляпу поедают тысячи тараканов. Я, наверное, смогла бы управиться только с сотней, но они, вероятно, смогли бы нанести достаточно ущерба за восемь часов, чтобы на следующее утро шляпа была непригодна к употреблению.
— В меня не закладывали способность бояться, — любезно сообщила шляпа. — Мне кажется, дело в том, что у меня нет желёз. Мне тысяча лет, и если настало время мне уйти, я полностью готова.
— Взятка, может быть? — спросила я.
Чего могла желать шляпа? Могла ли она чего-то действительно хотеть?
— Я шляпа, мисс Эберт. Я не ем, не пью и не трачу деньги. Все, чего я хочу — выполнить свой долг, поучаствовать время от времени в хорошей беседе, и поспать.
Стремилась ли шляпа к самоубийству? Тысячу лет рыться в мозгах одиннадцатилетних, такое могло свести с ума практически кого угодно.
— Я не смогу хорошо исполнять свой долг, если буду уничтожена, — сообщила шляпа. — Но я могу сказать, что отправляю тебя в СЛИЗЕРИН.
Проклятье.
Шляпа сказала последнее слово вслух, и я могла видеть сотни лиц, глазеющих на меня. МакГонагалл сдернула с моей головы шляпу и легонько подтолкнула, чтобы я слезала с табурета.
Я проследовала к столу Слизерина, сев рядом с Миллисентой Булстроуд. Шляпа знала, что я блефую в своих угрозах о её уничтожении; мне нужно было узнать то, что знала шляпа о перепрыгнувших в другое тело из прошлого, и едва ли я могла уничтожить единственное существо, достаточно старое, чтобы помнить, что же случилось.
Студенты постарше бросали в мою сторону странные взгляды; вероятно, они слышали что-то из той чепухи, которую щедро нёс Малфой.
Вскоре после этого Малфой оказался распределен в Слизерин; я отметила, что он очень осторожно сел так далеко от меня, насколько это было возможно, и начал шептать сидящему рядом парню, наклонившись к нему. Можно было попробовать подслушать его, но я пыталась совладать с собственным гневом.
Шляпа, образно говоря, сбросила меня в гнездо гадюк.
Поттера распределили в Гриффиндор; я читала кое-какую чепуху о нём, якобы мальчик чуть не в грудничковом возрасте убил Тёмного Лорда. Выглядел он не таким уж опасным; хотя, конечно, Ампутация тоже не выглядела особенно опасной.
Невилл отправился в Гриффиндор. Очевидно, он всё ещё очень хотел быть храбрым.
Остальные, по правде говоря, меня не волновали. Я заметила Гермиону, поглядывающую на меня из-за стола Рейвенкло; несомненно, она была уверена, что меня распределят туда, и думала, что у неё наконец-то появилась подруга.
Мысли о том, чтобы просто выкрасть шляпу и покинуть школу, вертелись в голове, но всё ещё было возможно, что снаружи я была в большей опасности, чем внутри.