Через два дня они достигли окраин Фив. Город казался спокойным, но Птах знал, что это лишь видимость. Он приказал отряду остановиться в небольшом оазисе за городом, а сам отправился в храм Амона-Ра.
Храм был величественным, как всегда, но Птах чувствовал, что в его стенах скрывается тьма. Он прошел через главные ворота и направился к святилищу. Жрецы, увидев его, попытались остановить, но он проигнорировал их.
— Где Атонхет? — спросил он у одного из жрецов.
— Верховный жрец в своих покоях, — ответил тот, испуганно глядя на военачальника. — Но он не принимает гостей.
— Он примет меня, — сказал Птах и направился к покоям жреца.
Атонхет сидел за столом, изучая свитки, когда Птах вошел без стука. Жрец поднял голову, его лицо выражало удивление, но не страх.
— Птах, — произнес он, улыбаясь. — Какая неожиданность. Что привело тебя сюда?
— Предательство, — резко ответил Птах. — Я знаю о твоем заговоре, Атонхет. И я остановлю тебя.
Жрец замер на мгновение, затем медленно встал.
— Ты опоздал, Птах, — сказал он, его голос стал холодным. — Армия Рамзеса уже в ловушке. Фивы будут нашими.
— Никогда, — прошипел Птах, выхватив меч. — Я убью тебя, если потребуется.
Атонхет лишь усмехнулся.
— Ты один, Птах. Ты ничего не сможешь сделать.
Но он ошибался. В этот момент дверь распахнулась, и в комнату ворвался отряд Птаха. Жрец понял, что игра проиграна.
— Ты думаешь, что победил? — прошипел он, отступая. — Но боги на нашей стороне.
— Боги отвернулись от тебя, — сказал Птах, поднимая меч. — И теперь ты ответишь за свое предательство.
***
Через несколько часов Птах уже стоял перед Рамзесом, который только что вернулся в Фивы. Фараон слушал его рассказ с мрачным лицом.
— Ты спас Египет, Птах, — сказал он, когда тот закончил. — Но заговор еще не раскрыт полностью. Мы должны действовать быстро.
— Я готов, мой господин, — ответил Птах, склонив голову.
— Тогда идем, — сказал Рамзес, вставая. — Мы очистим Фивы от предателей.
И в этот момент Птах почувствовал, что боги действительно на их стороне. Но он знал, что битва только начинается.
Шёпот Исиды
1. Храм в лунном свете
Фивы спали, когда Махаба ступила на дорогу из отполированного камня, ведущую к храму **Исиды**. Ночь была тихой, лишь **хека** (магия) ветра шевелила листья пальм. В руках она несла дары:
- **Серебряный кубок** с вином из оазиса Дахла
- **Лотосы**, сорванные на рассвете, когда их лепестки еще хранили росу
- **Амулет** из лазурита, вырезанный ее отцом, Аменемхетом, в дни его молодости
Служительницы храма, облаченные в белые **калазирис**, склонились перед ней. Они знали, чья это дочь.
— *«Входи, дочь камня и неба. Великая Исида ждет.»*
2. Ритуал
Внутри храма воздух был густ от **сенетер** (священного дыма). Махаба опустилась на колени перед статуей богини, чьи глаза из обсидиана казались живыми.
— *«О, Великая Мать, дарующая жизнь...»*
Она подняла кубок, и вино заструилось по жертвеннику.
— *«Прими этот дар, как символ крови моей преданности. Защити Птаха в битвах, укрепи руку Рамзеса, сохрани Египет от тьмы.»*
Вдруг...
Факелы погасли.
3. Видение
Тьма сгустилась, но статуя **засветилась** изнутри.
— *«Дитя Нила...»* — прошептал ветер, хотя ветра не было.
Махаба почувствовала, как **земля уходит** из-под ног. Она падала...
...и оказалась **в пустыне**.
Перед ней стояла **Исида** — но не каменная, а живая. Ее крылья из света простирались до горизонта.
— *«Ты просишь защиты, но испытания уже идут к тебе, как шакалы к оазису.»*
Вода в кубке Махабы **превратилась в кровь**.
— *«Они придут с юга, те, кто ненавидит твою любовь и твое происхождение. Но помни...»*
Богиня коснулась ее лба.
**Вспышка.**
4. Пророчество
Махаба очнулась **на полу храма**. Служительницы в ужасе смотрели на нее.
— *«Ты... ты левитировала!»* — прошептала одна.
В руке Махабы был **новый амулет** — золотой скарабей с глазами Исиды.
Жрица старшего круга, **Небет-ит**, подняла дрожащие руки:
— *«Богиня дала тебе знак. Скоро будет кровь.»*
---
5. Возвращение
На рассвете Махаба стояла у реки, сжимая скарабей.
— *«Что это значит?»* — спросила ее рабыня.
— *«Это значит...»* — Махаба посмотрела на воду, где отражались первые лучи Ра, «...что Птах должен быть готов.»
В тот же день она отправила гонца к нему с тремя словами:
***«Исида видит тени.»***
Тени над Фивами. Смерть Атонхета рождает продолжение.
Великий дом **Неб-уа** — резиденция номарха Юга, **Хекаиба**, — был скрыт в глубине Фив, за высокими стенами, увитыми виноградом. Здесь, в полумраке залов, где воздух был густ от аромата **квебех** (благовоний), собрались те, кто не склонил голову перед волей Рамзеса.