Он сидел на полу, окружённый хаосом из разбросанных вещей и разбитых воспоминаний, сжимающий в руках свой порванный внутренний мир. Но сейчас, впервые за долгое время, он чувствовал себя живым.
РАЗГОВОР
Феру шёл по узкой улице, шаги близнецов тихо раздавались рядом с ним, сливаясь с его собственными. Дети держались на расстоянии, но их взгляды постоянно искали подтверждения, что Феру рядом. Они периодически ускоряли шаги, чтобы быть поближе, а их руки иногда нервно сжимались, как будто боялись потеряться. Вечернее солнце окрашивало улицу мягким оранжевым светом, но его теплоту нарушал едва уловимый холод, который чувствовал только Феру - скрытое напряжение, притаившееся в тенях. Чувство преследования не покидало его с самого начала пути, словно чьи-то невидимые глаза неотрывно следили за каждым его шагом.
- Зайдите в магазин, - сказал Феру, указывая на лавку у края дороги. - Возьмите себе что-нибудь.
Близнецы нерешительно посмотрели на него, но затем Даша кивнула и потянула Архипа за руку. Они скрылись за дверью, и Феру услышал, как их шаги замерли внутри магазина. Через мгновение до него донёсся приглушённый смех и тихие перешёптывания детей, их неуверенность начала исчезать под тёплым светом и звуками спокойного уюта внутри. Феру остановился, оглядываясь по сторонам.
- Ты плохо прячешься, - сказал он.
Из тени переулка вышел Кмир. Его лицо было строго, а в глазах читалась смесь упрёка и скрытого презрения, словно он изучал Феру, ожидая от него очередного импульсивного поступка или попытки нарушить их правила.
- А кто сказал, что я прятался? - ответил Кмир, скрестив руки на груди. - Ты же знаешь, что тебе ясно дали понять: больше не возвращайся.
- Дела, Кмир, - холодно произнёс Феру, делая шаг вперёд. - Если бы не они, меня бы здесь не было, и уж тем более - в вашем жалком прибежище.
- Осторожнее с языком, Феру, - голос Кмира стал твёрже. - Ты и так находишься в плачевном состоянии.
- С чего это? - Феру прищурился.
- Убийства, вот с чего. Ты думаешь, что тебе дали право убивать их?
- Не смеши меня, - усмехнулся Феру, отводя взгляд.
На миг его взгляд остановился на окне магазина. Близнецы, стоявшие внутри, весело помахали ему. Феру почувствовал неожиданный прилив нежности и мягко махнул им в ответ. В его сознании пронеслась мысль, что они заслуживают лучшего будущего, и он готов сделать всё, чтобы его обеспечить. В его глазах мелькнула тень заботы, прежде чем выражение вновь стало холодным и невозмутимым. Кмир внимательно наблюдал, не упустив этой мимолётной перемены.
- Кто эти дети? - спросил он.
- Это не просто дети, - Феру вернул взгляд на Кмира. - Они особенные. Их выбрал Бог, и их роль ещё только предстоит раскрыть. Возможно, они способны на нечто, что изменит мир, хотя пока это скрыто даже от них самих.
- Твоя ересь уже дорого тебе стоила, Феру, - холодно ответил Кмир. - И теперь ты снова повторяешь свою ошибку.
- Мы можем долго говорить, Кмир, но что тебе нужно? - Феру перестал улыбаться, его голос стал холодным, лишённым эмоций.
- Предупредить, - Кмир сделал шаг вперёд, и тень от его фигуры легла на лицо Феру. - В этот раз мы прощаем тебя. Только потому, что ты всё ещё приносишь пользу, ты оказался полезен нам. Но это единственный шанс. Уйди и забери свою паству, и больше не возвращайся. Иначе нам придётся исполнить приговор. Мы видим каждый твой шаг, слышим каждое твое слово. И даже если ты уйдёшь, твои действия не останутся незамеченными.
- Не бойся, Кмир. Я уйду, - сказал Феру, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на насмешку. - А вот что будет с вами?
- Феру... - Кмир покачал головой, в его голосе звучали одновременно сожаление и презрение. - Ты так ничему и не научился. Всё такой же дерзкий, готовый бросить вызов всему, что тебе мешает, и такой же наивный, думающий, что один можешь изменить мир.
- Не тебе меня учить.
- Тебя учить себе дороже. Я не хотел бы, чтобы мой собственный последователь пришёл и сжёг меня в палате больницы. Скажи, что ты чувствовал, когда делал это? Или, может быть, ничего? - Кмир на мгновение замолчал, и в его голосе проскользнуло что-то, напоминающее боль и разочарование.
Феру выдержал паузу, затем ответил ровным голосом, словно размышлял о чем-то незначительном.
- Ничего. Поверь мне, я не убиваю из гнева, ненависти или зависти. Мне чужды эти чувства. Я стараюсь оставаться выше этого. Я просто инструмент, выполняющий свою задачу, следуя предназначению. Люди видят в моих действиях тьму, но я лишь часть чего-то большего, непостижимого для таких, как ты. Люди видят в моих действиях зло, - продолжил он, чуть склонив голову, - но разве зло - это действие? Зло - это бездействие, страх изменить мир, даже ценой разрушения. Я действую, а вы все... только наблюдаете.