Его голос снова дрогнул, но он продолжил, будто пытаясь убедить себя:
- Фил думает, что я больше, чем эта компания... - Он замолчал. Его взгляд упал на фотографию. На ней застыло всё, что он потерял, всё, что когда-то было смыслом его жизни.
Прошлое было неумолимо. Оно напоминало ему, что он когда-то был человеком, которым хотел быть. А сейчас он был тенью, гонимой ветрами сомнений и отчаяния.
- Если это правда... почему я чувствую, что меня больше нет?
Его рука смахнула бумаги со стола. Они упали на пол, смешавшись с тем хаосом, который уже окутывал его жизнь. На столе осталась только фотография. Он долго смотрел на неё, прежде чем откинуться на спинку стула. Его взгляд застыл где-то в пустоте.
"Всё, что я создал, больше мне не принадлежит." Эта мысль застряла в голове, как колючка. "Всё, что я защищал, разрушилось."
И в то же время, где-то на самой границе сознания, начала зарождаться новая мысль: бездействие - это предательство самому себе.
Лампа тускло мигнула, отбрасывая короткие тени на стены. Едва слышимый треск, доносящийся из угла, заставил Арсения вздрогнуть. Где-то далеко завывал ветер, цепляясь за рамы окон, словно пытаясь проникнуть внутрь.
Квартира казалась слишком большой для одного человека. Широкие коридоры тянулись в тёмные углы, их тени становились всё длиннее, а высокие потолки усиливали эхо любого звука. . Пустота стала не просто фоном, она давила на него, обволакивала, заставляя чувствовать себя лишним даже в собственном доме.
Каждый его шаг отдавался гулким эхом в этом безмолвном пространстве, превращая квартиру в место, где каждый звук казался чужим. Треск. Пустота. Шаги. Опять треск. Ему казалось, что тени в углах оживают, замирая, как только он смотрел в их сторону.
Арсений замер посреди гостиной, окинув взглядом квартиру.
- Слишком большая. Слишком пустая, - пробормотал он, словно с трудом формулируя свои мысли.
Он машинально потянулся к телефону, чтобы проверить сообщения. Пусто. Ни одного сообщения от Лёвы, Кристины или хотя бы от кого-то из старых друзей. В груди зашевелился холод. Он провёл рукой по экрану, но это движение было лишено смысла, словно он просто искал подтверждение собственной ненужности.
Снаружи вновь раздался порыв ветра. Жалюзи слегка закачались, создавая ритм, который странно гармонировал с его мыслями. Ещё один треск раздался где-то в глубине квартиры. Арсений снова вздрогнул.
Арсений подошёл к окну, глядя на город, раскинувшийся внизу, словно бескрайняя пульсирующая сеть. Свет фар, мелькающие огоньки окон, редкие силуэты прохожих на тротуарах - всё это создавало иллюзию движения, жизни. Но эта жизнь, казалось, проходила мимо него, не касаясь. Он чувствовал себя чужаком, оторванным от этой суеты. Его собственная жизнь, когда-то бурлящая, кипящая целями и достижениями, теперь казалась безликой пустотой. Всё, что он видел, было словно из-за стеклянной стены, и он - лишь наблюдатель, лишённый права вмешиваться.
Он прислонился лбом к холодной поверхности стекла. Лёгкий морозок пробрался через него внутрь, осев в груди. Было почти больно, но эта боль странным образом успокаивала. Она хотя бы напоминала, что он ещё жив.
Внезапно в окно ударил порыв ветра. Жалюзи закачались, издавая тихий, скрипучий звук. Где-то далеко в коридоре раздался глухой стук - что-то упало. Звук отразился эхом, будто квартира отреагировала на его мысли.
Арсений вздрогнул, резко обернувшись. Его глаза метнулись в сторону тёмного коридора.
- Кто здесь? - хрипло вырвалось из него.
Ответа, конечно не последовало. Он замер, вслушиваясь, но кроме слабого гула ветра за окнами, ничего не было слышно.
Взяв себя в руки, он направился вглубь квартиры, проверяя комнаты одну за другой. Гостиная. Кабинет. Спальня. Всё казалось на своих местах, но каждая комната словно излучала глухую, давящую пустоту. Мебель стояла привычно, но холодно. Тени, вытянутые в углах, казались неподвижными, но тревожными, словно застигнутыми в момент, когда они должны были сделать шаг.
Каждый его шаг отдавался гулким эхом. Иногда ему казалось, что шаги звучат и там, где он ещё не был. Этот странный, навязчивый звук преследовал его, словно подчёркивая: он здесь не один. Чем больше он всматривался в свою квартиру, тем меньше она казалась ему знакомой. Каждая вещь - ваза, картина, книжная полка - была знакомой, но отчуждённой, словно это были атрибуты чьей-то другой жизни.