Женя первым достал сигарету, прикурил её и выпустил струю дыма, которая тут же растворилась в воздухе. Он повернулся к друзьям, его взгляд задержался на Вове. Вдоль ограды школы стояли небольшие компании подростков, неспешно беседующих и курящих сигареты.
- Слушай, а если просто скажешь, что остался на ночь у кого-то из нас? - предложил Артём, прикуривая сигарету и глядя на Вову через облачко дыма.
Вова тяжело вздохнул, его взгляд уловил, как ветер поднимает и уносит листья куда-то вверх. Он на мгновение задержал дыхание, будто собирался с мыслями, а затем отвёл глаза и пожал плечами.
- Я же говорил, она в любом случае на всю ночь никуда не отпустит, - пробормотал он. - Может, на пару часов, максимум до часу ночи.
- Жаль, - вздохнул Женя, стряхивая пепел с сигареты и поглядывая на друзей.
- А если ты тихонько выйдешь из дома? - предложил Артём, наклоняясь ближе к Вове.
- Не выйдет, - вздохнул Вова и покачал головой. - Во-первых, она сразу заметит. А во-вторых, она же ночью постоянно просыпается. Иногда по несколько раз за ночь встаёт. Так что уж точно заметит, что меня нет.- Ладно, а вы что? - обратился Сергей, переведя взгляд на Женю. - Вы с Артёмом там серьёзно на всю ночь зависать собрались?
- Ну если драк не будет, то чего бы нет? - равнодушно бросил Артём, вертя зажигалку между пальцами.
Сергей фыркнул, глядя на кружащиеся листья.
- Логично, - ответил он, всё ещё глядя на двор. - Тогда я с Вовой свалю раньше.
Женя затушил сигарету и посмотрел на Вову. - Ладно, что думаешь сам? Как тебя отпустят хотя бы до часу?
- Делать всё, что она попросит, - нехотя признался Вова, слегка смущённо почесав затылок. - Например, помочь ей убраться в библиотеке. Там недавно привезли новые книги, и их нужно разложить, а старые пересмотреть. Типа подготовить, решить, что оставить, а что списать.
- В нашей школьной библиотеке? - уточнил Артём.
- Да. Но, если честно, там такой бардак, что я могу зависнуть на неделю, если не больше, - вздохнул Вова, отворачиваясь от их пристальных взглядов.
Женя задумчиво поднял брови, затем посмотрел на остальных.
- Ну так давайте ему поможем, раз уж такая проблема, - предложил он, протягивая руку к карману за ещё одной сигаретой. - Вчетвером справимся за пару часов, а ему больше шансов, что мать отпустит.
Все переглянулись, словно проверяя, насколько они готовы взяться за это вместе, и вскоре согласились с этой идеей.
- Завтра? - предложил Женя.
Сергей покачал головой. - Завтра не могу. Давайте в четверг.
- Ну ладно, занятой ты наш, - хмыкнул Женя, хлопнув друга по плечу.
Ветер подхватил обрывок разговора и унёс его прочь, будто напоминая о том, как слова растворяются в воздухе. Ребята докурили, продолжая обсуждать детали своего плана, и затем направились обратно в школу. Коридоры встретили их гулом голосов и шарканьем сотен ног. Школьное здание казалось живым, пульсирующим организмом, и друзья снова растворились в толпе, будто листки, поднятые ветром и унесённые туда, где их никто не ждёт.
КРИСТИНА
Кристина сидела в своём номере и смотрела на город, раскинувшийся за окном. Он казался ей чужим, холодным, но именно здесь она увидела Арсения уязвимым и растерянным, каким никогда не знала его раньше. Этот город был всего лишь временной остановкой, но для Арсения он стал чем-то большим - местом, где прошлое и настоящее столкнулись в один болезненный узел. Завтра они должны были уехать. В этом не было сомнений. Но, глядя на мерцающие огни, Кристина ощущала, как внутри неё закипает тревога. Она видела, как за эти дни Арсений менялся, виделась с ним в моменты, когда он будто терял себя. Этот отъезд был ему особенно тяжёл.
Перед сном она решила зайти к нему. Ей хотелось убедиться, что он в порядке, что он хотя бы немного отпустил ту невыносимую тяжесть, которую несёт. Она поднялась с кровати и, нерешительно задержавшись у двери, постучала. Лёгкий звук её костяшек отозвался в коридоре гулким эхом.
Дверь открылась почти сразу.
Кристина всматривалась в него, будто надеялась разглядеть что-то, что он старательно скрывал. Тёмные круги под глазами и опущенные плечи говорили о бессонных ночах, но он стоял, будто не замечая собственной усталости. Его взгляд был острым, напряжённым, словно при одном неосторожном вопросе он готов был отгородиться от неё стеной. Она чувствовала эту преграду, холодную и непробиваемую, и это сжимало её сердце сильнее, чем она ожидала. Он пытался что-то сказать, но молчание между ними было таким плотным, что даже слова казались ненужными. Кристина видела, что ему трудно. Но он не собирался делиться этим с ней - не собирался делиться ни с кем.