— То есть менять структуру камней и создавать драгоценности — незаконно?
— Магия принадлежит государству. Обычно, — ответил Илья, всерьёз задумавшись. — Но ты не на службе. Особый случай. И ступень не первая. Завеса, шипы, каменная кожа… можешь сдать экзамен на мастера.
— Зачем, если вы и так это видите.
— Есть процедура. Комиссия. Сдача, результат — степень владения. И причитающееся к ней — титул и права.
— А с ними и обязанности. Спасибо, но мне их и так хватает выше крыши. Со вторжением бы разобраться до конца.
— Уже. Раз магистр сказал, значит, всё. Можешь не думать. Экзамен сдашь. Это всё… — махнул он на группки магов. — Скоро кончится. И приедут следователи из Москвы. Лучше сдать экзамен до этого.
Глава 11
Когда грандмастер сказал про комиссию, я сначала не понял, к чему это. Но затем сопоставил факты и то, что среди императорской канцелярии могут находиться предатели, ищущие козла отпущения. Тут даже не принципиально получить статус мастера, важно не оказаться крайним.
А этого как раз можно избежать, добившись официального учёного звания и выйдя из юрисдикции обычных судов. Не панацея, конечно, но вопросов сразу станет меньше. А главное, для меня лично, что я не получу официального титула, принадлежащего к этой империи и миру. Даже номинально встроиться в текущую иерархию — уже проигрыш. Это означало бы признать, что я стою под кем-то. Или хотя бы на равных с одним их местных правителей, а это не так.
Не знаю почему, но у меня давно появилось странное чувство: будто время от времени за мной кто-то присматривает. И такой шаг наверняка сочтут поражением. Со всеми вытекающими последствиями.
Впрочем, во всей этой схеме был один нюанс, даже нюансище: права и обязанности могут распространяться лишь на гражданина государства, а у меня формально даже паспорта нет. Те документы, которые подготовил Святодубов, вряд ли выдержат тщательную проверку, а значит, меня могут попросить принести присягу, и так по кругу.
Оставалась надежда лишь на неискоренимое разгильдяйство и споры внутри различных ветвей власти. Вряд ли те, кто будет тестировать экзаменуемых, станут искать ошибку в паспорте. А чиновники, обязанные проверять документы, скорее всего, побояться лезть в дела великих магов.
— А как вообще будут проходить экзамены? — спросил я, внезапно осознав, что эта область для меня совершенно неизведанная.
— Что? — кажется, на каменном лице грандмастера мелькнуло выражение крайнего удивления.
— Письменная часть? Практическая? Что там будет? — задал я уточняющий вопрос. — С созданием заклятий у меня всё в полном порядке. А вот что делать с теорией — понятия не имею, мы её вообще не разбирали. Я даже не отвечу, какого цвета учебник, не говоря уже о фамилии автора.
— Боевые маги, — односложно пояснил Илья, будто всё остальное и так должно быть понятно.
— В прошлую нашу встречу вы как-то живее были, — хмыкнул я.
— Боевая форма. Сродство, — произнёс грандмастр, словно каждое слово давалось ему с огромным трудом. А может, так оно и было, но за собой я не замечал никаких похожих проблем с физиологией или психикой. Я, конечно, не раз шутил про гранитный камешек в груди, но по факту был вполне обычным человеком.
Может, это вторичное сродство с водой на меня так влияло? Оставляло лазейки, чтобы окончательно себя не потерять. А может, причина была вовсе не в этом, а в тех снах, что приходили ко мне каждую ночь.
Чаще всего я выбрасывал их из головы, хотя при пробуждении помнил весьма отчётливо. Просто не до того было, чтобы ещё и на снах зацикливаться. Да и заканчивались они всегда одинаково — смертью. Причём в последнее время я начал ясно, даже во сне, понимать, что это не моя смерть.
Только никак не мог понять: дар это или проклятье. С одной стороны, через эти кошмары я продолжал получать опыт экстремальных ситуаций. И почти в каждой из них смог бы выжить, примени я сегодняшние навыки и знания.
— Послушайте, милейший, давайте хотя бы откроем форточку? — услышал я обращение огненного грандмастера к Илье. Но ответ того был всё так же односложен.
— Нет, — даже не повернувшись в сторону щёголя, сказал богатырь.
— Послушай, я ведь не для себя прошу, для наших прекрасных дам. Им здесь душно донельзя. Посмотри, как она извелась, — сказал он, демонстративно указав ладонью на главу башни воздуха, которой и в самом деле было нехорошо. Если ещё пять минут назад она сияла и порхала, то теперь лежала на полу, положив под голову камзол кого-то из синих.
— Нет, — был ему ответ.