А вот дальше возникала сложность. При попытке бросить заклятье в мишень, я либо развеивал его, либо просто кидался песком. С тем же успехом можно было набрать его в руку и швырнуть в морду противника. Может, даже эффективней вышло бы. А уж если взять булыжник и попасть в голову…
В общем, сейчас я сосредоточился на том, чтобы активировать заклятье на расстоянии. Заодно и обходы делал по периметру. Первые попытки пошли прахом. Ну или по ветру. Я даже одну-единственную пылинку не мог создать. Дело сдвинулось с мёртвой точки, когда привычные действия сделал, выбираясь из траншеи.
Моя правая рука упиралась в земляной край, а левой я как раз пытался создать заклятье на расстоянии метров пяти. И ведь получилось даже лучше, чем когда пробовал делать это над ладонью!
— Рубрика «эксперименты»! — усмехнулся я и начал изгаляться, как только мог. Сидя, лёжа на земле, зарывшись по щиколотку и по пояс.
— Вот оно как… — не сдержал я улыбки, когда, наконец, сумел вывести закономерность. Вполне логичную, даже не знаю, почему она мне сразу в голову не пришла. Легче всего создание песчаной завесы давалось мне в боевой форме.
Я даже сумел отследить, как моё чувство единения с камнем влияет на активацию заклинания. Как формируется его зародыш, где-то внутри меня, потом доходит до ладони, бежит обратно к ноге и оттуда, сквозь землю, к выбранному месту. И там уже песчинки не появлялись из ничего, формируясь из окружающей пыли, а просто поднимались из земли и зависали на чуть-чуть.
Это было даже проще, чем создание над ладонью, которое я так долго тренировал! Единственный минус, это выглядело как использование костылей. Ведь грандмастер из Китежа выполнял заклятье не касаясь земли. Хотя и тут можно немного сжульничать, например, добавить в подошву каменную вставку, чтобы всегда касаться телом земли или пола через неё.
— Ну, это уже жульничество, — одёрнул я сам себя, впервые добившись хорошего результата. — Нужно учиться использовать заклятье без костылей.
С другой стороны, как же чертовски приятно, когда вместо серого камешка с ноготь, получается вырастить из земли настоящий полуметровый шип! Ну да, небыстро. Минуту или полторы пришлось потратить, зато вопрос с колючей проволокой исчез сам собой, а у меня появилось новое поле для тренировки.
Именно этим я и занимался, когда ко мне подошёл Никифор Петрович.
— Фёдор Иванович, пришли новости из Царицына, — встревоженно сказал следователь. — Селяне добрались до города, но их отказываются пропускать. Говорят, в городе места нет, стража гонит с улиц, на постоялые дворы не пускают, а цены задрали просто до небес.
— Вот же… — зло проговорил я, и шип мгновенно вырос на десяток сантиметров. — Думаете, это дело рук губернатора? За то, что мы в обход него документы подали в царскую канцелярию?
— Возможно. Вряд ли все гостиницы, таверны и гостевые дворы так быстро между собой сговорились, — ответил Петрович.
— Запишем в книгу обид, но отложим на потом, — поморщился я и перешёл к следующему шипу.
— Согласен, но людям деваться некуда. Скорее всего, завтра-послезавтра они вернутся, — прокомментировал следователь. — Сейчас нет разницы, тут погибать или под стенами Царицына во время первых заморозков.
— Тц… — цыкнув языком, покачал я головой. — Плохо. Варианты?
— Боюсь, что никаких. Разве что попробовать отступить на север, в обезлюдившие деревни, но там жилья всем может не хватить, про скотину уже и речи не идёт, — подумав, сообщил Петрович. — На данный момент мы сделали всё, что могли: передали сообщение об атаке осман и появлении новой угрозы. Но его сиятельство даже не стал рассматривать прошение о выделении войск для разъездов.
— Хочет руками янычар нас прикончить, — проговорил я, прикидывая выход из ситуации. — Уйти не можем, оставаться тоже. В текущем состоянии… Победить?..
— Если силы врага именно такие, как вы говорили, точно нет.
— И без вас понимаю. Даже если они обломают зубы о детинец, центральную крепость, с лёгкостью обойдут его или вовсе закидают ядрами издали. А ещё у них есть снаряды с химической взрывчаткой… — не двигаясь, но меняя фокус внимания, чтобы вырастить новую колючку, ответил я.
— Всё же что-то делать нужно, ваше благородие, — покачал головой следователь.
— А я чем, по-твоему, занимаюсь? — хмыкнул я, оглянувшись на мужчину. — Если карты не врут, и дорога до Царицына с того берега в самом деле одна, то им просто некуда будет деваться. Сделаем потери врага неприемлемыми, может, они и не сунутся.