— Трусы… — вырвалось у меня.
— Я вижу, о чём вы думаете, и уже говорил, если бы вы появились на двести-триста лет раньше… — вздохнул магистр, покачав головой. — Тогда ещё можно было всё изменить. При царе Михаиле или его деде Иоане.
— Да, это была эпоха великих, — кивнул царевич. — Объединение с Речью Посполитой, появление Цезаря. Тогда мы пусть и не сражались на равных, но вполне могли дать по зубам любому. Увы, мы родились не в то время.
— А если я скажу, что есть шанс всё исправить? — подняв голову, посмотрел я на присутствовавших. — Шанс не бояться. Жить с уверенностью в завтрашнем дне и гордостью за свои деяния?
— Мы не станем жертвовать миллионами ради призрачного шанса, — отрезал царевич. — Война против трёх империй — это абсурд. Не обсуждается.
— Возможно, и не придётся. Найдите мне всё о магии души, — сказал я, вновь откинувшись на спинку кресла, и демонстративно снял каменную кожу. Глава ликвидаторов чуть сдвинулся, но царевич покачал головой.
— Мы попробуем. Хуже точно не будет. Но и от своих планов отказываться не намерены, — сказал он, и разговор на этом закончился.
По прибытии в Царицын мне дали несколько часов на сборы. В Китеж меня не пустили, но я встретил Софью у входа, и, к сожалению, я оказался прав. Девушка словно мертвеца увидела, и моё воскрешение её вовсе не порадовало.
— Ты должен быть мёртв! Мне обещали! — завизжала она, и мне оставалось, лишь покачав головой, пройти мимо. Сказки не вышло, она не образумилась и не сменила точку зрения. А возможно, для неё она оставалась единственно верной, чтобы двигаться вперёд. Найти в своей трагедии путь к силе.
Милославу я нашёл в гостином дворе. Женщина сидела в гордом одиночестве, разбирая бумаги у себя в номере.
— Вы вернулись! — стоило мне войти, как она бросилась мне на шею и расцеловала.
— Я тоже рад тебя видеть. — улыбнулся я, не без удовольствия отвечая на её поцелуи. — Боюсь, несмотря на победу, новости у меня не лучшие.
— … мы можем улететь в Сибирь. — выслушав историю, сказала Милослава. — Многие наши братья и сёстры по ордену перебрались туда десятилетия назад. Можем найти их, объединиться и вместе дать отпор!
— Можем. Ты права. Можем даже создать собственное небольшое государство, отрезанное ото всех и ощетинившееся тысячами пушечных стволов. Я сумею наладить добычу металлов, чувствую их в недрах земли. Пять-десять лет, и мы сможем тягаться с любой армией.
— Тогда решено! — вскинулась она и начала оглядываться в поисках того, что нужно взять с собой в первую очередь. — Нужно собраться, взять зимние вещи, деньги… нет! Вначале написать письма. Братья и сестры должны знать, что мы собрались делать! Объединиться, послать весточку… нас тысячи, вместе мы…
— Завтра, максимум послезавтра, меня объявят вне закона. И тогда переписка не дойдёт, — покачал я головой. — Спасибо, что готова сорваться вместе со мной в неизвестность, но за нами придут ассасины. Мы не сможем доверять собственным последователям, в каждом будем видеть предателя и убийцу-смертника.
— Вы хотите сдаться? — ошарашенно посмотрела на меня Милослава.
— Ни в коем случае. Просто у меня есть вариант получше, — чуть улыбнулся я. — Но вначале придётся как следует поработать.
Есть вещи ценнее собственности. Единственным по-настоящему близким, пусть и немного свихнувшимся человеком в этом мире для меня была Милослава. Да она ради меня собственного мужа убила! Пусть и оправдывала себя его болезнью.
А после встречи с царевичем мне стало очевидно главное — остальные мне чужие. В них нет того духа, что был во мне. Не было стремления к большему. А даже если и возникали личности вроде графа Вяземского, то были направлены не во вне, не с целью экспансии, а раздербанить уже существующее.
Я просто не хотел жить в таком мире. И речь шла совсем не о самоубийстве. Ведь я точно знал, что есть множество других миров. В том числе — столичный. Есть ритуалы и магия переноса душ. А главное — я продолжал видеть кошмары с чужими смертями. Только теперь я ждал их словно манны небесной.
Мне нужно было выиграть время. Научиться взаимодействию со снами. Но в первую очередь — обезопасить себя и Милославу. И рядом, практически под боком, было место, в которое не сунутся даже самые отчаянные и безумные убийцы.
— Как мне передать вам информацию? — спросил Святодубов, провожающий нас на пристани. От дирижабля я отказался, как и от денег. Взял только самое необходимое — продукты для жрицы и немного одежды. Что вполне влезло на приобретённый мной ранее катер. — Скоро будет собрание глав ордена…