- И ты рад этой новости? Почему? Я думал, ты разозлишься.
- Сколько себя помню, отец всегда был один, - тихо проговорил Тео. – Когда-то меня пугала мысль, что он найдёт себе кого-нибудь. Но сейчас… Если кто-то сможет сделать счастливым моего отца, то я не буду против.
- А ты знаешь, в кого именно влюбился твой отец? - тихо уточнил Малфой.
Тео в ответ только покачал головой, давая понять, что отвечать на этот вопрос он не собирается, а потом снова заговорил:
- И ещё я пригласил Гермиону на свидание.
- Как? Снова изменял потолок в Большом зале? - вопросы просто посыпалась из старосты, однако ему удалось сдержаться и не начать говорить громче. - И что тебе ответила гриффиндорка?
- Нет, на этот раз я воспользовался метлой для того, чтобы подняться к окнам её спальни, - ответил Нотт, улыбнувшись. - На стекле с помощью колдовства я создал цветной витраж с изображением цветущего сада.
- Красиво, наверное... - задумчиво сказал Драко, мысленно представляя себе комнату, освещённую цветными лучами, в которой проснулась гриффиндорка, а потом спросил: - И что Гермиона ответила? Согласилась встретиться с тобой?
- Когда она зашла в Большой зал, то кивнула, - ответил Нотт. - Так что, думаю, согласие на встречу я всё же получил. Осталось только уточнить время.
Драко хотел было что-то сказать, но тут в зал начали входить учителя, которых он ожидал. Первой зашла его мать, за ней последовал Флитвик, за ним - лорд Нотт. Завершал процессию профессор зельеваренья. Учителя расселись и приступили к завтраку.
- Не хватает только Хагрида, - заметил Тео, смотря на стол преподавателей.
- Это важно? - тихо спросил Драко. Слизеринец понимал, что любое высказывание друга может стать неимоверно ценным, учитывая его дар провидца.
- Не знаю, - задумчиво проговорил слизеринец, - но нашего преподавателя по уходу за магическими существами задержало что-то важное. А точнее кто-то.
Ничего больше Нотт добавить не успел. Двери в зал распахнулись, впуская опоздавших на завтрак учеников. Староста посмотрел на зашедших, и у него перехватило дыхание. Впереди, громко смеясь, размахивая руками и пытаясь что-то рассказать сквозь смех, шествовал Рон Уизли. А за ним… За ним шёл Гарри Поттер, парень, над которым он, Драко Малфой, этой ночью провёл ритуал защиты возлюбленного. И шёл Гарри Поттер в обнимку с мелкой рыжей, Джинни Уизли.
Четверг часть 5
Только многолетняя практика в контроле над эмоциями и семейное умение держать лицо даже в самых критических ситуациях позволили Драко Малфою сдержаться и не натворить глупостей. Внешне оставаясь невозмутимым, слизеринец тем временем судорожно обдумывал причины, по которым его гриффиндорец мог начать проявлять внимание к рыжей ведьме. Первую возникшую мысль о зелье или приворотных чарах аристократ сразу же отверг, несмотря на её кажущуюся логичность. Его Гарри мог сбросить «Империус» Лорда, так что чары мелкой Уизли он преодолел бы в два счёта. Что касается зелий, то Драко не верил, что осторожный и очень скрытный Поттер мог бы принять из чьих-либо рук стакан с каким-то непроверенным напитком. Так что эту возможность староста тоже отбросил как несостоятельную. У слизеринца оставалась только одна правдоподобная версия, и заключалась она в следующем. Ритуал, который он провёл ночью в Малфой-мэноре, прошёл успешно, и, как следствие, его зеленоглазому гриффиндорцу приснился сон об их совместном будущем. Вот только сон этот совсем не обрадовал парня, а наоборот привёл к обратному эффекту. А именно напугал парня, что и заставило его искать опровержения сна и возможных отношений с Драко в объятьях рыжей ведьмы.
Гриффиндорцы тем временем сели за стол и приступили к завтраку. Причём Джинни находилась по правую руку от Поттера, словно невзначай потеснив в сторону Гермиону. Как бы ни был расстроен Драко из-за сложившейся ситуации, но он не мог не заметить удивлённого выражения на лице гриффиндорской старосты. Однако девушка уже через мгновение взяла себя в руки и сделала вид, что ничего необычного не происходит.
- Странно, - задумчиво проговорил Нотт, тоже внимательно наблюдая за столом ало-золотого факультета.
- И что именно тебе кажется странным? - прошипел в конец расстроенный Малфой. - То, что Гарри обнимает эту рыжую пигалицу, или то, что он разрешил ей сесть на место, которое обычно занимает Грейнждер?
- Вообще странно и то, и другое, - негромко произнёс Тео, не отрывая взгляда от стола гриффиндорцев. – Но что ещё более непонятно, что за всё время Поттер не произнёс ни одного слова. Он даже не поприветствовал Гермиону, когда садился. В то время как даже Уизли что-то пробормотали.
- Ты прав, - кивнул староста и стал следить за своим гриффиндорцем, стараясь не дать эмоциям окончательно затуманить ясность мышления.
Сейчас, немного успокоившись, аристократ отметил, что все движеня его избранника какие-то неловкие, неуверенные. Гриффиндорец обычно так двигался после длительной изматывающей тренировки, когда из-за излишнего напряжения начинали невольно дрожать руки и ноги. Но что могло заставить парня, недоумевал Малфой, двигаться так сейчас. Получить ещё до завтрака столь внушительную нагрузку в Хогватсе было достаточно сложно.
Нет, конечно, если бы Драко не знал, что Гарри всю ночь спал под действиям зелья Сна без сновидений, он бы решил, что у гриффиндорца была весьма активная ночь. Но в силу обстоятельств слизеринец был уверен, что это не соответствует истине. Таким образом юный аристократ терялся в догадках, что же могло произойти в тот небольшой отрезок времени после того, как Добби перенёс парня из его, Малфоя, спальни в его собственную кровать.
Однако размышления и наблюдения слизеринцев прервались. В Большой зал через общую дверь зашёл Хагрид. Юноши переглянулись, отмечая про себя ещё одну странность этого утра. Обычно добродушно улыбающийся преподаватель по уходу за магическими существами сейчас был явно чем-то обеспокоен. Не смотря на учеников, он быстро прошёл к столу преподавателей и обратился к сидящему на месте директора Флитвику.
Не желая пропустить ни слова из того, что скажет полувеликан, парни обратились в слух. Однако с места, где они сидели, услышать говорящих было практически невозможно. До юношей долетали только некоторые обрывки фраз вроде «питомцы», «новые», «помощь студента», «сейчас». Из услышанного аристократы сделали вывод, что преподаватель по уходу за магическими существами завёл себе нового питомца, с которым не может самостоятельно справиться и поэтому пришёл просить себе в помощь кого-то из студентов.