Мален тяжело опустился в стоящее тут же кресло.
– Говори, – устало махнул он рукой.
– Патруль утром задержал парня, который сбил неподалеку от главной площади девчонку. Говорит, что она сама бросилась ему под колеса, а он ехал груженый, с горки, и не смог маневрировать.
Член городского совета поднял на него сердитый взгляд.
– Ну а причем тут я?
– Та девчонка – это сестра Клер Питерс. Я подумал, что она имеет для тебя какое-то значение. Ее в больницу вроде отвезли.
Через мгновение шериф только удивленно моргнул, когда за Маленом захлопнулась дверь. Затем его лицо разгладилось. Он потянулся и выдвинул нижний ящик стола. Там, поверх бумаг, лежал серый холщовый мешок. Чуть расширив горловину, Макс Грановски запустил туда пятерню. Хрустящие новенькие купюры зашелестели под его пальцами. Дверь кабинета распахнулась, и вошел помощник шерифа.
– Доложили, что на улицах неспокойно, сэр. Может, мы рано отпустили тех двоих? Да еще и оружие вернули.
Шериф неспеша задвинул ящик и выпрямился в кресле, прищелкнув языком.
– Нет. Они предоставили мне весомые аргументы для освобождения. Прикажи никому из наших не вмешиваться. У вас что, кроме этого дел мало?
– Но сэр… – растерялся помощник, но под непреклонным взглядом шерифа умолк и кивнул.
Макс Грановски подарил ему довольную улыбку. Пусть ведьмы сами разбираются.
- 38 –
– Где она?! – яростный крик Джеральда, казалось, разнесся по самым отдаленным уголкам госпиталя.
Он шел по коридору, сжав кулаки и лавируя между больными в колясках, спешащими куда-то медсестрами, зазевавшимися посетителями с букетами цветов. Если не мог обойти – просто расталкивал, не заботясь, упадет ли тот, кто загородил ему путь. Глаза Джеральда искали только одну цель, а в его мыслях билась лишь одна фраза – он должен успеть.
Медсестра, работающая за стойкой регистратуры, увидела странного посетителя и побежала за ним. Она отстала, подхватив едва не упавшую женщину, а потом ее задержал с вопросами один из врачей, выглянувших из комнаты отдыха на шум. Девушка догнала Джеральда только в конце коридора.
– Кто вы такой и куда идете? – запыхавшись, спросила она.
Он остановился и тряхнул головой, словно опомнился. Потом повернулся, оглядев девушку с ног до головы, и схватил ее за плечо.
– Где Алекс Фитцпатрик? Номер палаты?
Медсестра растерялась и покраснела. Она во все глаза уставилась на Пожирателя, не зная, что сказать.
– Я… мне нужно свериться с журналом регистрации.
– Вспоминай! – рявкнул он с таким видом, словно готов был испепелить ее на месте за тугодумие, – она появилась тут сегодня утром.
Девушка на несколько мгновений задумалась.
– С утра привозили одну… автомобильная авария. Но она в реанимации! Туда нельзя! Пациентка в очень тяжелом состоянии. Даже родственники только по разрешению врача…
– Как мне ее найти? – перебил Джеральд.
– В левое крыло. Там увидите табличку с названием отделения, – послушно ответила девушка, не сводя с него ясных глаз.
Он оттолкнул ее так, что та ударилась спиной о стену, и почти бегом направился в левое крыло.
В отделении реанимации Джеральд без труда нашел нужную дверь. Войдя в палату, он понял, что дело плохо. Окна выходили на солнечную сторону, и бледно-желтые жалюзи были опущены, чтобы приглушить яркий свет. На кровати он увидел женское тело, обмотанное бинтами так, что оно напоминало мумию. Только виднелись сомкнутые веки да плотно сжатые губы с втиснутой между ними пластиковой трубкой. Кое-где на белом фоне повязок проступали красные пятна. Тихонько попискивали приборы, на мониторе у изголовья танцевали кривые линии, аппарат искусственной вентиляции легких исправно выполнял свою работу. Капельницы и трубки опутали это полумертвое существо. Сама Алекс, точнее ее фантом, сидела в противоположном углу на кресле, нагнувшись вперед и подперев подбородок кулачком. Ее лицо было мокрым от слез.
Увидев Джеральда, она просияла и бросилась ему на шею. Он стоял, не шелохнувшись, с сожалением почувствовав, как фантом пролетел сквозь него. За спиной тут же раздались тихие всхлипывания. Внутри Джеральда раскинулась пустыня. Ярость, страх, беспокойство исчезли в ее зыбучих песках, оставив лишь смирение. Раз фантом Алекс разгуливает вокруг тела, значит, жить ей осталось недолго. Возможно, она уже пережила клиническую смерть, а может быть, впала в кому.
– Как это случилось? – глухо произнес он.
– Не знаю, – почти прошептала девушка, – все произошло слишком быстро. Я проснулась и увидела, что стою посреди дороги. Как лунатик. А потом машина…