Голос Стивена сорвался. Нэн молча поднялась, открыла один из шкафчиков, достала бутылку дешевого джина и стакан. Наполнив, девушка поставила его перед Стивеном. Он одним глотком осушил половину и поморщился от гадкого привкуса.
– Учти, это моя страшная тайна, – пригрозил Стивен полушутя, полусерьезно. – Если ты…
– Только попробуй, – фыркнула Нэн, ничуть не испугавшись.
Он почувствовал, как напряжение уходит и понял, что всю жизнь искал человека, с которым можно было бы просто поделиться тем, что внутри. И, кажется, нашел.
– Мой отец работал главным конюхом у Хартли, но жили мы в скромном доме с соломенной крышей. Тогда хорошие каменные дома были только у знатных. Отец хотел, чтобы со временем я занял его место, но мне никогда не нравилось ухаживать за лошадьми. – Стивен покачал головой, все глубже погружаясь в воспоминания. – Я чувствовал, что это не мое. В тот вечер мы поссорились из-за этого. Дома была вся семья. Мама. Младшая сестренка Кэт. Они были обычными людьми. Они даже не знали, что я больше не человек…
Стивен выдохнул и допил спиртное. Нэн сидела, закусив губу и не шевелясь. На ее лице отражалось сопереживание.
– Я сам не заметил, как загорелась крыша. А потом не успел опомниться – как полыхало все вокруг. Отец побежал за мамой и Кэт. Я бросился к выходу, чтобы звать на помощь. На улице уже появились соседи. Они искали воду, чтобы помочь нам потушить пожар. Я вернулся на помощь отцу, но едкий дым свалил с ног.
– Но в итоге ты спасся? – с надеждой подвела итог Нэн.
– Джеральд вытащил меня. Он единственный из толпы бросился в дом. Я лежал недалеко от входа, и поэтому он спас меня. Потом он потушил огонь своей Силой. Джеральд был очень силен к тому времени, в отличие от меня, но ему пришлось потрудиться.
– Твои родные тоже спаслись?
Стивен опустил голову.
– Нет, мама и Кэт задохнулись, а отца прибило балкой. Джеральд запретил мне даже думать об этом, потому что чувство вины не поможет все исправить, а только разрушает изнутри. Такими были его слова. Он забрал меня в свой дом, сделал учеником. Я с благодарностью принял поддержку, так как не знал, как дальше строить свою жизнь. По большому счету, все, что я умею, – от Джера. Сначала я служил ему, постепенно это переросло в дружбу. Но только потом я понял, почему Джеральд был так добр ко мне. Он остался один, как я. И просто вылепил себе друга из того, кто удобно подвернулся под руку.
– Но почему ты думаешь, что он не помогал тебе от чистого сердца? – тряхнула головой Нэн.
– Потому что у меня было много лет для изучения характера Джеральда вдоль и поперек. Его Сила позволяет ему продлевать свою жизнь. Заодно он продлевает и мою, потому что знает – больше никто не выдержит рядом с ним так долго. Я делал много плохого вместе с Джером и ради него. Это избавило меня от иллюзий. Ты понимаешь, Нэн? Моя Сила и Сила Джеральда – это зло. Мы никогда не применяли ее для сотворения чего-то хорошего. Наверно, она на это и не рассчитана.
Нэн в испуге отшатнулась. Стивен хмыкнул: именно такой реакции он и ожидал. Что ж, он обещал не вмешиваться в ее память, и его признания останутся теперь у Нэн в голове, а рассказывать их кому-то или нет – на ее совести. Стивен ощущал себя опустошенным и выжатым как лимон. Плечо начало саднить с прежней силой, и ему захотелось поскорее убраться домой. Подальше от ее осуждающего взгляда.
– В общем, спасибо за выпивку, – мужчина, отодвинув стакан, поднялся, – и… вообще, за все. Но мне уже пора.
– Уже?! – Нэн тоже вскочила. – Но ты еще не рассказал мне, как Джеральд стал таким озлобленным.
– Это не моя тайна. Прости. Я рассказал то, что касалось меня.
– А остальные в вашей группе? Они…
– Пит и Джим обычные хорошие ребята, – покачал головой Стивен, – которых мы нашли по объявлению, когда решили создать эту группу: Джеральд – от скуки, а я – чтобы хоть ненадолго почувствовать себя нормальным. Они не знают и половины того, что знаешь теперь ты.
Он оделся и пошел к выходу, хорошо ориентируясь в полутьме ее маленького дома, так напомнившего ему собственный, потерянный много лет назад. Нэн засеменила следом. Она безропотно подождала, пока он наденет обувь, и проводила на крыльцо. Стивен повернулся к ней, с тяжелым сердцем заставляя себя проститься.
– Мне кажется, ты на себя наговариваешь, – сказала девушка, опустив глаза. – Сегодня ты спас меня.