Выбрать главу

Следующим пробовал разговорить Снегурочку Водяной. Он провёл её по подлёдному царству, показывая удивительные растения и диковинных жителей глубин. Но её взгляд скользил мимо, не задерживаясь.

Лихо уже начал отчаиваться, как на подмогу явился Ярило. Без лишних слов он взял её за руку и увёл с собой. Он показал ей, как солнце садится, заливая небо огнём и золотом. Каким неповторимым бывает каждый закат. И что природа с наступлением ночи не засыпает.

И только с ним Снегурочка ожила. Она смотрела на него так, словно никого кроме него в этом мире не существовало. Лихо хотел было вернуть девушку обратно, но кто-то схватил его за руку. Он резко обернулся, это оказалась Лада.
— Прошу, не мешай им, — произнесла жалобно богиня. — Это любовь.

Лихо сильно дёрнул руку и продолжил путь, но Лада, не в силах сдержаться, крикнула ему вслед:
— Даже ты должен понимать: как это важно!

Юноша застыл на месте. Очередной упрёк всей его сути. Но в последнее время главные беды приносила именно богиня любви и красоты. То она портила человеческие отношения, составляя пары по наитию, не вникая в судьбы людей. А Лихо приходилось вмешиваться, когда всё выливалось в настоящие трагедии. И всегда Лада винила во всём его.

И сейчас он просто решил не вмешиваться. Пусть будет, как хочет она.

Богиня исчезла среди деревьев. Но юноша отчётливо услышал, как сквозь чащу к нему идёт кто-то лёгкой, неслышной поступью.

— Я всё слышала, — раздался спокойный голос Марены. Она вышла из тени, её серые глаза были прозрачны и холодны. — Это Лада наслала любовь на Снегурочку и Ярило.

— Я чувствую, что это не закончится добром, — мрачно отозвался Лихо, сжимая кулаки.

— Это закончится смертью, — произнесла Марена, и её слова повисли в морозном воздухе окончательным, беспощадным приговором.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 13

Пришло время возвращаться Марене в мир Нави. Зима и впрямь надолго задержалась. Настала пора сеять зерно и ждать появления потомства у скота. Да и люди, исчерпав запасы терпения, измученные лютыми холодами, ждали перемен.

Марена настолько всем полюбилась, что отпускать её в холодную бездну Нави никто не хотел. Купало, недолго думая, предложил устроить грандиозный праздник на весь мир — и для богов, и для смертных.

Велес собрал солому, и вместе с Макошью они искусно сплели большое соломенное чучело. По замыслу бога веселья, его нужно было предать огню, чтобы сжечь зиму и проложить дорогу теплу. Стрибог напевал древнюю мелодию, и ветер разносил её по лесам и полям. Даждьбог удерживал солнце высоко-высоко, заливая праздничную поляну жарким светом.

Лада бегала от дома к дому, уговаривая всех оставить тёплые жилища. Леший бдительно сторожил опушку от случайных хищников. Водяной растапливал лёд на реке. Болотник с Кикиморой, смешавшись с толпой, затевали с детьми шуточные игры. Ярило и Снегурочка заводили молодёжь в веселые хороводы.

И только Лихо с Мареной стояли в стороне, наблюдая за всеобщим ликованием со стороны.

— Мне будет вас всех не хватать там, в моём мире, — тихо произнесла Марена, и в её обычно бесстрастном голосе проскользнула непривычная нота.

— Как и нам тебя, — отозвался Лихо, отгоняя грустные мысли. Он не хотел отравлять её последние минуты в Яви. — Смотри, как тебя провожают. Такого не устраивали ещё ни для кого.

Тем временем толпа собралась вокруг огромного костра. Сварог торжественно поджёг соломенное чучело. Пламя взметнулось к небу. Люди радовались, подбрасывая в огонь старые вещи. По деревянным кружкам разливали ароматный сбитень, со столов разлетались горячие пироги.

Боги и духи подошли прощаться. Каждый вручил Марене дары на память: Леший — острый клык шатуна, Водяной — прекрасные водоросли, Макошь — крошечную плетёную корзинку. Лихо терпеливо ждал своей очереди, сжимая в руке то, что считал самым важным подарком.

Он сделал шаг вперёд, собираясь сказать о том, как изменила его их встреча. Но внезапно — острое, знакомое предчувствие вонзилось в него, как игла. «Нет. Только не сейчас. Что могло пойти не так?» — пронеслось в голове. Он мгновенно окинул взглядом поляну. Двоих не было на месте.