— Вздор. Из всех Айя Красная должна быть вашими величайшим союзником.
— Вы существуете, чтобы уничтожить нас!
— Мы существуем, чтобы удостовериться, что способные направлять мужчины не навредят случайно себе или окружающим людям. Разве ты не согласен с тем, что это также цель и Чёрной Башни?
— Полагаю, это может быть её частью. Единственная цель, о которой мне говорили, заключалась в том, что мы должны быть оружием для Дракона Возрождённого. Но не позволить хорошим людям причинить себе вред из-за недостатка опыта, тоже важно.
— Тогда это могло бы нас объединить, верно?
— Мне бы хотелось поверить в это, Певара. Но я видел, как ты и твои сёстры смотрят на нас. Вы видите в нас… ну точно мерзкие пятна, которые нужно отчистить, или отраву, которую следует поскорее заключить в бутылку.
Певара покачала головой.
— Если ваши слова — правда, и Источник чист, тогда изменения будут происходить, Андрол. Красная Айя и Аша`маны со временем сблизятся ради общей цели. Я готова работать с вами здесь и сейчас.
— Сдерживать нас.
— Вести вас. Пожалуйста, доверься мне.
Он изучал её в свете множества ламп, находившихся в комнате. У Андрола, и правда, было открытое, честное лицо. Она понимала, почему остальные последовали именно за ним, самым слабым среди всех. В нём была странная смесь страсти и смирения. Если бы только он не был одним из… ну, тем, кем он являлся.
— Хотел бы я поверить тебе, — отвёл взгляд Андрол. — Должен признать, ты отличаешься от остальных. Совсем не похожа на Красную.
— Думаю, ты ещё узнаешь, что мы не похожи друг на друга сильней, чем тебе кажется, — сказала Певара. — Есть множество причин, по которым женщина выбирает Красную Айя.
— Помимо ненависти к мужчинам.
— Если бы мы ненавидели их, разве мы пришли бы сюда, рассчитывая связать вас узами? — по правде говоря, это была уловка. Хотя сама Певара не испытывала ненависти к мужчинам, многие Красные ненавидели их. Как минимум, относились с подозрением. Она надеялась это изменить.
— У Айз Седай иногда странные причины, — сказал Андрол. — Все об этом знают. Во всяком случае, хотя я и знаю, что ты отличаешься от других сестер, но и в твоих глазах я заметил это выражение, — он покачал головой. — Я поверю, будто вы здесь чтобы помочь нам, не больше чем в то, что Айз Седай, которые охотились на направляющих мужчин, действительно думали, что так им помогают. Не более, чем я верю в палача, который уверен, что оказывает услугу преступнику, убивая его. Некоторые вещи просто надо сделать, но люди, которые их делают, не становятся из-за этого друзьями, Певара Седай. Прошу прощения.
Он снова занялся своей кожей при свете стоявшей рядом лампы.
Певара почувствовала, как в ней нарастает раздражение. Она почти заполучила его. Ей нравились мужчины! Она частенько думала, что полезно было бы иметь Стражей. Неужели этот дурак не смог разглядеть руку, протянутую через пропасть? «Успокойся, Певара, — подумала она. — Ты ничего не добьёшься, если позволить гневу управлять тобой». Этот мужчина ей был нужен на её стороне.
— Это будет седло, так? — спросила она.
— Да.
— У тебя поразительные стежки.
— Мой собственный метод, — сказал он. — Так дырочки не расползаются. По-моему, они ещё и выглядят красивей.
— Хорошая льняная нить, полагаю. Вощёная? Ты используешь одинарный резец для этих отверстий под шнуровку или двойной? Я плохо рассмотрела.
Он настороженно взглянул на неё.
— Ты знаешь кожевенное дело?
— От моего дяди, — ответила Певара. — Он научил меня некоторым вещам и позволял работать в лавке, когда я была маленькой.
— Возможно, я встречал его.
Она замерла. Певара до сих пор ловко направляла разговор в нужную сторону, но после этого замечания Андрола она поняла, что допустила ошибку, коснувшись темы, которую ей не хотелось обсуждать.
— Ну так где он живёт? — спросил Андрол.
— На окраине Кандора.
— Так ты кандорка? — удивился он.
— Конечно. Разве по мне не видно?
— Просто мне казалось, что я могу на слух определить любой акцент, — сказал он, туго затягивая пару стежков. — Я бывал там. Может быть, мы с твоим дядей знакомы.
— Он мёртв, — ответила Певара. — Убит Друзьями Тёмного.
Андрол замолчал.
— Мне жаль.
— Это случилось более ста лет назад. Я скучаю по своей семье, но сейчас они были бы уже мертвы, даже если б Друзья Тёмного их не тронули. Все, кого я знала дома, умерли.
— Нет, правда, прими мои глубочайшие сожаления.
— Это давно в прошлом, — произнесла Певара. — Я вспоминаю их с нежностью, не омрачённой болью. А что с твоей семьёй? Братья, сёстры? Племянницы и племянники?