"Я хочу иного, но... Иное ли? Все месть, все жажда забрать его золото и вышвырнуть к Аиду!.. Хочу... Жажду свободы!.. Чтобы убежать из проклятого лабиринта вместе с Марианной!.." - и он одёрнул себя, оробев при одном воспоминаний о ней.Это была дочь его хозяина, маленькая, точно выточенная из олимпийского мрамора девушка с чуткими глазами, что сняли с чудища весь аппетит и сон, Марианна тайком при ходила покормить и погладить минотавра, смачивала ему раны на груди, рассказывала о том, сколько людей верят несправедливо в его демоничность, а ведь совсем не знали его...И вправду: только с ней он был собой - тихим, задумчивым творением, стыдившимся темной бычьей шерсти и рогов, умолявший ее забыть его, хоть невольно, он сам не знал почему, он с тоской отпускал ее руку, когда во дворце принимались искать царевну, желал не отпускать ее из объятий ни на миг - и отпускал, с грустью провожая взглядом...
"Еще не хватало, чтобы из-за меня, чудовища нескладного, тебя в чем-то подозревал и мучил отец!.." - шептал он ей, давая поиграться с кинжалом на своих отбитых коленах, осторожно гладя ей нежно-темные волосы.
"Я чувствую... тебя! - кротко отвечала она, опустив глаза и аккуратно снимая с него ошейник, натерший до крови, - И это словно мои чувства тоже... Ты страдаешь... Я очень хочу, чтобы этого не было... И знаешь, если отец увидит меня тут: я ему скажу: "Ты забыл, что это живое дыхание!" - и закрою тебя собой...". "Глупышка, ты такая же хрупкая, что ты?.." - спрашивал он и... не найдя слов, замолкал, ему хотелось все целовать и целовать Марианну, и он целовал, не помня ни себя, ни своих горестей, упоительно, кротко и сильно волнуясь в то же время, точно как сейчас пронзят их одним кинжалом...
Вспоминая эти мгновения, он в неге закрывал глаза: "Ты пронзила меня им, почище моего клинка... Приди и вонзай его снова, и снова... О, Марианна, я жду этого, поверь!..." - вдруг... он вспомнил, где находился, кто он и чью дочь столь опьянила его - вот где позор!.. Млеть от дочери своего хозяина-тирана, мужская гордость поднялась в нем, бычьи глаза налились кровью. Он воинственно замычал, дико носясь по всему лабиринту и бешено трясся решетку: он страстно желал увидеть ее, нет, не чтобы вновь взором, мечтой и явью утонуть в сладостном сне ее внимания, слов, прикосновения... А чтобы заколоть кинжалом, с размаху, метко, тоже в сердце, преодолеть ее сопротивление и насладиться ее страхом, страданием и погибелью у него на глазах.
"Вот тебе за то, что сделала меня еще большим рабом, за твоего отца!.."...Порыв мыслей все вился в таком ключе, когда минотавр... ощутил грохот, оглянулся - он катится по ступенькам, споткнувшись о перекрещенные ограды, непонятно для чего в лабиринте, кровь хлынула из головы наружу, остужая его безумную грезу."Я... Я хочу убить Марианну?.. Я - тварь Аидова, если хочу этого!!!.. Но ее отец, предатель грязный, он прохлаждается, расхаживая в покоях, на страхе и мучениях моих... Он дарит ей такие платья и украшения, сорвать бы это и... - он, желая себя образумить, ударился рогами о ближайшую запертую бетонную дверь. - Боги, что я говорю?!.. Вы забрали мой рассудок!.. Вы послали мне лабиринт, рабство и годы мук и теперь заставляете отдать вам ее?!.. Никогда!"
Минотавр катался по полу, хватая себя за рога и руки - впереди искушающе блестел откинутый им в пылу бреда кинжал, бедный, он, как сумасшедший заползал в глухой, темный угол, не видя иного выхода (приближались усыпляющие шаги царевны)."Что ты? - тихо сказала она, заходя с едой и лекарствами и теплой накидкой, Ты так странно смотришь на меня...". "Как бы не говорили обо мне правду, я хочу тебя съесть!.. - минотавр, не контролируя себя, двинулся на нее. - Иди ко мне, Марианна, я хочу... Хочу...". Он не договорил - стыд от осознания своего улетучившегося разума свернул его в клубок и швырнул в угол.
"Всеми богами молю, не подходи!". "Но...". "Я могу убить тебя, Марианна!.. Разве ты не слышишь? - Могу убить!". "Ты напуган... Лабиринт кого хочешь с ума сведет...".
"Это не лабиринт, это не отец твой даже... Это не я!" - вскрикнул быстро минотавр и...Последнее, что видела царевна - как он отчаянно обнял и, целуя занес кинжал (она потеряла сознание)...Когда она очнулась... его уже не стало на свете - мрак покрыл его навек заснувшее и теперь свободное тело, никому так и не узналось, каков он - чудовище Крита...Лишь остался навсегда в холодном полумраке лабиринта... Кинжал... минотавра...
Глаз Полифема
Я посмотрел в себя - море снова охладело, то, что обещало быть без края, без дна, оно просто было...Теперь мне стыдно, оно больше не волнуется, и куда теперь поплывет корабль, единственный, маленький - мое сердце...Пробую вспомнить, как было - много раз, из забавы, ранее, смотрел на оставленные ветрами корабли, они стремились плыть, но не могли, так и утонули, мне было все равно, теперь страшно - что будет со мной?..Когда-то я жил с братьями у берегов заброшенного острова, охранял стада отца, что напоминали кудрями белой шерсти волны царства его; и братья камни убирали с горных склонов, освобождая солнцу почву, чтобы росла трава и питала овец, так ходил с ними, ел сыр, пил воду и скучно спал, а днем все видел тот же берег...Единственный глаз обводил горизонт, слуха касалось беспечное блеяние питомцев братьев, морской воздух вызывал странное чувство, что и днем спится, и в то же время надо бодрствовать, рассеянно, в тоску вкрапливалась каждая частичка бриза, все тихо и растет, течет своим ходом...И мне стало интересно, что же мне делать, чтобы развлечься?