...Гул пустыни смешался с отдаленным эхом его стражи (наступала ночь)...Анубис прислушался, оглянулся и вспомнил - раньше этого не было: несколько братьев-богов, во главе с Отцом Ра наблюдали с усталым интересом за вечным солнцем...Он тоже видел его, а ночь - нет, хоть его голова волка была так же черна, тело крепким, как то, что обычно бывает в эту пору суток - сон...
- ...Сны, оно может увидеть их ночью, пригодиться она, Отец Ра! - почтительно склонил голову барана Кхнум, - Мы сможем отдохнуть от своих трудов... Да и творению твоему с моего круга будет интересно жить в мире, где все меняется: где горе сменится радостью, солнце сменится луной...
- Пусть будет так! - сверкнул соколиным глазом Ра.
На божественном манускрипте слова верховного бога запечатлелись волшебным золотым блеском...Лучи его распространились на все, расползаясь многочисленными змейками, забираясь на корону к каждому богу (знак - дело закончено: теперь каждый из них имеет целый мир, что живет, что нужно оберегать)...
"Закончено ли?" - с подозрением рычал на промелькнувших змеек Анубис, с любопытством вытягивая мощную косматую шею в сторону покоев Хнума - старый мастер все что-то лепил на своем круге, называя это "самым сложным существом, что будет помнить о нас и радоваться своему созданию"......Неизвестно, сколько прошло времени, а только раз шел в свой темный и уединенный дворец он и увидел как взволнованно ищет дорогу в наступивших потемках фигура в черном одеянии.
"Баст! Ей тут не место!" - рявкнул в мыслях бог, по натуре, близкой к его верным его спутникам на земле - собакам, не терпевший кошек и сестры - их покровительницы.
Он схватил жезл с твердым намерением магическими пассами снова недружелюбно прогнать незваную гостью со своей территории армией похожих на себя воинов. Почуяв его недобрый настрой, фигура остановилась и в нерешительности попятилась, что-то было в ней хрупкое и требовавшее защиты себя.Тогда Анубис остановился: мысленно он только и мог, что проклинал свою звериную половину и наставления Отца: Ра вырастил его хранителем своих сокровищ и воеводой, чтобы давать отпор Сету.
"Надо быть жестоким!.. Чтобы показать этой крокодильей голове, возомнившему себя творцом Сету, его место!.. - не уставал говорить он. - Ты сильный и храбрый, Анубис! Ничто не оттеняет храбрости лучше жестокости!..".
И теперь она, эта черта волка, покорного воина, снова заговорила в молодом боге, в задумчивости не решавшегося призвать слуг.
"Кто сказал, что надо быть жестоким? Я не таков, это говорит только то, что требует Ра! Что мои слуги в крови лелеют ненависть к кошкам? Правда подвластна изменению?.. Надо бы проверить!" - решил он и направился к фигуре в черном.
Та отпрянула и, видно, желая убежать, попятилась, споткнулась, легкое покрывало спало с лица незнакомой фигуры; не одного зверя не узнавал в нем Анубис, лицо было совсем иное, слишком иное...На все расспросы Хнума тот ответил - "это и есть творение". Анубис почувствовал неловкость: он не знал, как ему обращаться с созданием, за которое на нем лежит ответственность, безмерная, глубокая, как...Ночь, раньше не было этого!..И все же грациозность, непривычная, незнакомая натура, наружность существа привлекали его...После Анубис понял, что это женщина, молодая (девушка) что нравом она - почти дитя и ночь - то, что так подходит ее черным волосам и одежде, бледности, глазам, что глядят на звезды...
В темноте светятся точно вырезанные из красного, желтого, синего, зеленого огней, глаза - его армия идет в поход; но... Что-то не ладится - все так же в природе той земли горячего песка, безоблачного неба, оазисов и солнца сильный пожирал слабого, засуха уничтожала цветущие островки, и, казалось, боги были бессильны...
- Нет отдыха нам... - глубокомысленно заметил раз рассудительный Гор, поправив корону, - природа слишком подвижна и широка даже для нас.
- Вы забыли о том, что отныне девушке возделывать землю! - вставил словечко Хнум.
- Мало тебе рабов? - Тот неодобрительно покосил взгляд.
- Молчать!.. Я требую, чтобы она исполнила свое предназначение, не то... - Ра строго показал на бездонную реку, где все превращается в легкую тень.
- Отец, но она живая! - встрепенулся бог с головой барана: хоть и любил он практичность, но как он мог отдать на гибель собственное творение, которое со всем старанием ночи-дни лепил на круге?
- Творение должно быть полезно и что-то дать миру и нам за свое дыхание, сын мой! - прикрикнул Ра.
- Испытайте, пусть выживает!..
С этих слов бриллиантовые покои верховного бога затянулись кобрами из паутин, а девушка была сослана на землю - защищать зверей, выращивать плоды.И вроде бы это было ей легко, и радостно, но... день не оставлял ее без размышлений, а ночь скрывала ее слезы?..Их видел Анубис - стыд охватил его сердце, другим богам было все равно, ему - больно; он узнал, что бывает и незримая рана; она утишает, примиряет...