Взгляд Йетти (про Снежного человека) (тибетское)
Прячется среди льдов и снежных покровов, со страхом ощущая на себе лунные лучи, что…Обратили его в таинственного обитателя заброшенных храмов и гор, в свирепое неуклюжее существо, которым становятся злодеи; почему тогда…У него бледные, робкие руки, чуткие уши, ловящие… унылую песнь тиши, и такие большие глаза, обрамленные мелкими белоснежными пушинками в форме не то крохотных листиков, не то сердца…Его давно не радуют затерявшиеся в одном из храмов радужные стеклышки, из которых так интересно, так трепетно ему было складывать маленькое солнышко и цветы (они часто кружили его в танце, в снах, почему-то, никак не показываясь по-настоящему, в тех равнодушных холодом ветрах и снегах); и совсем…Не веселили его, как прежде, золотые фигурки божеств, украшенные ниточками с колокольчиками, чей звон навевал дрему и мечты о… пениях красивых птичек, журчании теплого ручейка, о щекочущих озорных веточках со, словно, спустившимися розовыми облачками (казалось, когда-то и он видел миг той волшебной сказки, что безжалостно забрала вечная вьюга и лед); и больше всего, от чего-то…Тосковали его белые, грустные лучики глаз, вновь беря в руки алую, крошечную, встревоженно-съежившуюся и потускневшую, ленточку (ведь… еще миг назад, с ней игралась маленькая, хрупкая девушка, почти девочка, не пугаясь хмурого снежного ветра, а гуляя по сугробам возле одного из пустых храмов, танцуя под едва слышный гул его колоколов, качающихся от ветра)…И будто солнышко заглянуло ему в глаза, нежными лепестками цветов гладя и усыпляя щебетаньем птичек; неужто диво светлого тепла зашептало зелеными листочками и журчанием ручейка, растопило неприветливые снежные дюны (она словно смеялась и напевала, кружась по снегу и купаясь в его сверкающих белых искорках)?...Он кротко шагнул вперед, из темноты мрака храма, протянул к ним руки, взглянув в ее, солнечных пушинок, глаза; боясь поверить в то, что также сможет прикоснуться к невыразимо-прекрасному мгновению тепла и чудной трели света; но тут...Что-то резко повеяло льдом, жарким, раскаленной вспышкой, точно гордый тигр, бездумным громом рыка, спугнул… маленького, хрупкого, тепло-трепетного мотылька; лишь беспечно игравшего со снегом и танцем словно навек подарившего ему розовые воздушные облачка чего-то, быть может, неповторимо-светлого и теплого; поднялся дикий визг хаотичного топота и криков, камни и ножи, слепо-хитрые огоньки погнались за ним, так и не осознав…Как что-то, дрожащее грустными искорками, согревающее щемяще элегией, какую не заглушить их снежно-пронзительному вихрю; долго-долго капало на алую ленточку, которая… будто и сейчас хранит крохотный лучик солнышка, прелестные глазки птичек и сладкую прохладу ручейка; лишь где-то, за снежным сумраком гор и опустевших храмов, за…Тоскливым, все еще ждущим неоценимо-теплого ветерка от танца той девушки, ее напева, от одних ее глаз, убаюкивающих его бесконечно-прекрасной мимолетностью неведомой сказки взгляда Йетти.
White heron s ( Про белую цаплю) (арабская поэма) (миф о белой цапле на новый лад) (на мотив Gazette "Evony")
... Когда-то я не знал тревог и, полусонным малышом, любовался на снег и кружившие лепестки вишни, умиротворяюще они кружились на морозе, обещая радость и сказку...Но потом я проснулся - оказалось тяжело летать и испытывать бескрайние ленты долин (дороги, корма, переговоры с подобными мне, и снова дороги, изгнание и скитание - может, в этом - смысл моей жизни?)Пришлось узнать, что наблюдаемый чужой полет - всегда так романтичен, притягателен, от него так и веет свободой и ласковыми крыльями ветра, что несут тебя, куда пожелаешь; на самом деле - летишь, торопишься за солнцем, за чувством силы в тебе, за укрытием, и раб его и жалеешь, и желаешь другой судьбы...Может, она так же недосягаема, как луна, что чаще искрит эти снежные земли? Много, точно вырезанных из ее белоснежных контуров, таких как я, и те же глаза, и тот же белый покров, и те же мысли, я ошибся - нет ничего особенного во мне, легоньким дождем проливается грусть в душе - так что же, если не особенный, так и буду жить как все?..Мало-помалу меня перестала терзать эта досада - не так уж скучно и тягостно быть (вспоминаю пронзительно-усыпляюще, как тогда - оживающие лепестки белоснежных, причудливых тонких цветочков (они так похожи на нас, тоже радуются солнышку, потягиваются после сна на стебельках и умываются росой, дышат)...Они тянутся к большому, светлому миру, что, как одеяльце, укрывает облако, светло-зеленые листики рассыпаются пухом и искрятся от солнца или звезд (это вновь напоминание о том, что в этом тень белой зимы, еще вернется); чувствую успокоение и легкое изумление - там, где есть замки и туманы, густые леса, совсем другие, не похожие на наши, тоже кто-то, как я, также встречает точно вырезанные из белых капелек лепестки этих цветков...