Забрался на чердак, пристроил там магнитофон, решил записать птенчиков. Скворчата скворчат и тихими голосами. Иногда замолкнут, иногда разболтаются не в меру. Но вот летит с кормом мать и заранее извещает:
— Несу еду, готовьтесь!
Скворчата сразу дружно отвечают:
— Ждем, очень ждем, есть хотим!
Скворчиха прилетает, сует еду в один рот, другой, потом, завидев меня, орет истошным голосом:
— Детки, хоронитесь, берегитесь, не высовывайтесь. Кругом люди, собаки, кошки, сороки!
И улетает за очередной порцией. Но скворчата никак не могут успокоиться, еще долго шумят.
Скворцам — претендентам на освобождающиеся квартиры — стало невтерпеж. Не могут спокойно дожидаться, хватают соломинки, таскают в клювах, крутятся с ними возле еще не освободившихся скворечников. Хозяева неумолимы и гонят назойливых посетителей.
И вдруг 11 июня, в день зацветания зверобоя, один за другим полетели молодые скворцы. Прежде чем выбраться наружу, птенец долго выглядывает в окошко, смотрит в том направлении, куда скрылись его собратья, не решается покинуть жилище, примеряется, раздумывает.
Во время этого необыкновенно важного события у одного скворечника, в котором остался запоздалый птенец, собралось около двух десятков холостяков. Они молча посматривали на окошко, некоторые из них улетали, некоторые прилетали. На скворчонка — никакого внимания. Он одинок, родители его исчезли вместе с выводком. Наконец последыш набирается решимости, выскальзывает из своего убежища, часто-часто взмахивая крыльями, отправляется в первый полет.
«Совещание» скворцов продолжается весь день. И — никаких скандалов, ссор или попыток занять освободившуюся квартиру. Лишь один раз двое забияк, сцепившись, упали на землю.
На следующий день у скворечника сидит новый владелец и распевает песни. Он очень музыкален, талантливее своего предшественника. В его песне хорошо слышится крик жеребенка. Он часто его повторяет. Поет день, два. Иногда к нему прилетает его подруга. От претендентов никого не осталось!
Я вспоминаю, сколько ссор было весной возле новых скворечников. Желающих в них поселиться — масса. А возле старых — почти никаких недоразумений.
Во всей этой удивительной истории, могущей вызвать иронию у тех орнитологов, которые предпочитают смотреть на птиц больше через мушку ружья, нежели через бинокль, непонятно, как скворцы узнали, что пришла пора вылетать птенцам, как «решили» между собою, кому принадлежит право занимать жилище, кто и как «выдал ордер» на заселение освободившейся жилой площади.
Проходит пара дней, новые жильцы жизнерадостны, распевают песни, выбрасывают хлам, принадлежавший прежним владельцам, носят новый строительный материал.
Молодежи, родившейся в этом году, не видно. Улетели все сразу, наверное, кочевать, учиться житейским делам, набираться опыта в других местах, чтобы не мешать новым парам заниматься заботами по воспитанию потомства. В таком распорядке жизни заложена большая мудрость. Нельзя истощать угодия, где воспитываются малые дети.
Новый поселенец-самочка подолгу сидит во входе, высунувшись наружу. Эта поза означает, что жилище занято, пролетайте мимо, нечего вам здесь делать. Самец распевает, носит всякую строительную мелочь. Самка придирчива. То, что приносит супруг, нередко выбрасывает.
Иногда самец, нахватав мелких растений, усаживается возле скворечника и не торопится расставаться со своим грузом, использует минуту отдыха, музицирует, не раскрывая рта, с пучком растений, очень напоминая усатого старика. Горлышко его трепещет, перья нахохлены.
Вечером обе птицы улетают на ночлег.
Я долго раздумываю об удивительном порядке смены поколений скворцов в скворечниках. Мирная смена, конечно, не случайна, и мне кажется, что птицы долго не теряют родственных связей. Первыми занимают скворечники старики — родители, затем по старшинству — их дети, потом, возможно, внуки. Все это может показаться невероятным, но чутьем натуралиста я верю в существование подобного, если хотите, «родового строя» общественной жизни скворцов. Когда-нибудь, возможно, это смелое предположение будет подтверждено орнитологами, сейчас же, при современном уровне нашего знания сокровенных сторон поведения животных, оно звучит, как любит говорить ученый народ, «антропоморфически». Слова «общественная жизнь скворцов» я употребил не случайно. Большую часть года эти птицы проводят в тесном окружении себе подобных, кочуя с места на место большими стаями. Ближайшие же родственники обыкновенного скворца — розовые скворцы, те и гнездятся совместно колониями.