- Я жениться собирался, - сказал вдруг Кирилл, - а теперь и не знаю.
- Женись. Не свободная я, да если б свободная была, не пара мы.
- Почему?
- Тебе хорошая жена нужна, молодая, чтоб любила тебя, чтоб дети были. А я никого любить не могу. Умерло мое сердце, семнадцать лет как, в Москве похоронено. Одна оболочка пустая осталась. Так что забудь обо мне.
Кирилл насупился, но ничего не сказал.
Ребята в отряде начали перешептываться. А один так Васильку и сказал:
- Видать мать твоя одна спать ложиться не любит. Иж, как командира вокруг пальца обвила.
Через минуту, Василёк стоял над болтуном, острие сабли под горлом.
- Жить хочешь, слова свои назад возьми!
Настя легко дотронулась до руки сына.
- Отпусти его. Нельзя из-за каждого слова дурного в драку лезть.
Подошёл Кирилл, узнал в чем дело, пригрозил. Кирилл на руку был тяжёл, трёп прекратился. Скоро подъехали к поместью Курбского. Тот принял Настю радушно, отвёл ей пустующий дом в деревне. А через месяц после возвращения, у Василька родился сын. Он стоял в церкви крестным отцом, держал на руках худенькое тельце, смотрел на своего первенца, сам не мог понять, что чувствовал. Черноглазая красавица, вся какая-то раздобревшая и довольная, стояла рядом с мужем. Назвали ребёнка Андреем, в честь князя.
Глава 3
Настя обосновалась на новом месте, ей было хорошо и спокойно. Приехал Кирилл, спросил:
- В дом впустишь?
- Почему нет?
Когда они наконец оторвались друг от друга, опять стал звать замуж. Настя только плечом повела:
- Сказала, не пойду за тебя, не проси.
Ей нравился Кирилл, она не хотела его обидеть, но и замуж за него не хотела. Так он и ушёл, ни с чем. Князь чувствовал себя все хуже. Позвал Василька к себе.
- Хочу, чтобы ты у князя Константина Острожского служил. Письмо тебе дам к нему рекомендательное, поезжай, поговори.
- Мне у тебя, князь, хорошо. Почему гонишь?
- Не долго мне жить осталось. А без меня ничего тут для тебя нет. Острожский образованных любит, привечает у себя. Тебе в Остроге лучше будет.
Василёк поехал в Острог. Князь Острожский, друг Курбского, был вторым по богатству человеком в Польском королевстве, а может и первым. Он был знатным воином, но и человеком ученым. Основал у себя в Остроге Академию, пригласил к себе Ивана Фёдорова и Петра Мстиславского, печатников, которых из Москвы выгнали. Они ему печатали церковные книги на старославянском. Василёк подъехал к его замку, осмотрелся с интересом. Такого он ещё не видел. Огромный сад раскинулся вокруг большого, со стеклянными окнами, террасами, да балконами дома. Охраны, слуг, в ливреях с гербом Острожских, было множество. Василька провели в кабинет князя. Князь Константин Острожский был уже не молод, лет под шестьдесят, с длинной бородой, но в плечах широк и крепок. Он, улыбаясь, смотрел на пригожего парня. Прочёл письмо от Курбского, расспросил, чей, да откуда. Василёк ничего не скрывал, мол сын стремянного князя.
- Князь о тебе хорошо пишет, говорит, к учению способен.
- Князь очень добр ко мне.
- Хорошо, переходи ко мне на службу.
- Со мною мать.
- И мать привози, место найдётся.
В этот момент, дверь распахнулась, и в комнату легкой походкой вошла девушка, лет шестнадцати.
- Папа, я не знала, что ты занят.
Острожский с любовью на неё посмотрел.
- Василий, это моя меньшая дочь, Елизавета. Елизавета, это Василий Шибанов, он от князя Курбского ко мне служить перейдёт.
Девушка взглянула на Василька, и сказала ласково:
- Надеюсь, тебе у нас понравится, пан Василий.
Василёк только промычал в ответ что-то нечленораздельное, покраснел до ушей.
Когда Василёк вернулся домой, Настя заметила, что бродит сын в мечтаниях, говоришь с ним, не слышит, посреди разговора, замолчит вдруг. Спросила:
- Что это с тобой?
Парень глаза опустил.
- Девушка там, в Остроге, была, красоты необыкновенной. Дочь князя.
- Забудь о ней. Если ты в ее сторону хоть взглянешь, знаешь что с тобой заделают? На первой березе повесят. Вон, Димитрий Сангушко, богат да знатен был, и того погубили за Острожскую княжну. Он на ней женился, вопреки королевской воле, и в земли немецкие сбежал. Но его и там польские отряды настигли. Убили, как пса, на глазах у молодой жены.
Василёк упрямо смотрел в землю.
- А вдруг она сама захочет?
- И не думай. Даже если она тебе скажет “Поди сюда, штаны снимай”, все равно, на тебе отыграются. Обещай мне, что думать о ней перестанешь, а то не поеду с тобой.