— Что? Ни в коем случае. Мы очень спешим, — воскликнул господин Робину.
Как ни странно, господин Робину обрел голос. Он уже не шептал — он кричал.
— Да, мы очень спешим, — кивнул господин Дюрант. — Я обещал экспертам из Лувра, что мы доставим картину до шестнадцати.
Ивонна сложила молитвенно руки.
— И тетя оставит нас на шоссе без посторонней помощи?
— Caramba, porca miseria — выругалась мадам Эвелина. — Зачем вы ездите на старом хламе. Ну, ладно, отбуксирую вас до ближайшей мастерской. Но вам, молодой человек, советую купить какую-нибудь надежную машину. Это не обязательно должна быть Рено Альпина, которая является совершенно феноменальной и никогда не ломается.
Скоро я натянул трос между машиной тети Эвелина и своей машиной. Робину пытался протестовать, в чем его поддерживал куратор, не зная, что невольно служит делу злодеев. Но тетя Эвелина не могла отказать в просьбе малышке Ивонне.
В дальнейший путь мы двинулись буксируемые Рено Альпина.
— А это не нарушит планов комиссара? — спросила меня Ивонна. — Может, Фантомас не захочет сейчас совершить подмену картин?
— Не бойся. Скорее всего, в Орлеане Робину подал знак своим сообщникам, что можно начать акцию Х. Теперь он уже не сможет этого отменить.
Мадам Эвелина идеально буксировала машину. Избегала резких рывков, которые могут привести к разрыву троса, притормаживала медленно, чтобы я успел нажать на тормоза и не ударил в заднюю часть ее Рено Альпина. Конечно, мы ехали довольно медленно, так как впереди нас было много легковых и грузовых автомобилей. В такой массе автомобилей отлично спрятался полицейский фургон с лысым комиссаром из Тура. Я был уверен, что полиция ни на минуту не спускает глаз с автомобиля, тети Эвелины. Комиссар, конечно, заметил, что мадам взяла нас на буксир. Я представлял себе, как в связи с этим он злился и кричал на полицейских в своей машине: "А этот иностранец, что делает на шоссе? И еще на таком старом хламе! Он спугнет Фантомаса. Этот осел!!! У него машина чуть лучше велосипеда и выбирает ее, чтобы поймать вора!"
А мы, буксируемые тетей Эвелиной, приблизились к другому краю Орлеанского леса. И ничего не произошло.
— Может быть, Фантомас нас испугался? — начала беспокоиться, Ивонна. — Эту машину придется прямо сейчас испортить!
Я пожал плечами.
— Ты что, не слышала, что и механизмы бывают вредные, упрямые, упорные и непокорные?
— А, собственно, почему вы ездите на такой машине? Вы не можете позволить себе лучше? — спросил молчавший до сих пор Роберт.
— Что? — я почувствовал себя немного оскорбленным. — Не нравится вам моя машина? А когда я был ней на острове, кто выражал восторг?
— Ну да, она отлично плавает, — сказала Ивонна. — Но жаль, что ломается. Велосипед, однако лучше вашего корабля. Меня на моем велосипеде еще никто никогда не тащил.
Мы были как раз на опушке леса, когда машину тети Эвелины сотрясли какие-то конвульсии. Несколько раз дернув меня вперед, Рено Альпина резко встал и не хотел двигаться дальше.
Я выскочил из машины и подошел к ее машине.
— Caramba, porca miseria! — клокотала тетя Эвелина. — Ваша машина заразно больна? Что-то сломалось в моем Рено Альпина. А это, в конце концов, надежный автомобиль.
— Не бывает надежных автомобилей, — прошептал господин Робину. — Но, к счастью, есть Техпомощь.
Мадам Эвелина вышла из своей машины и подняла капот. Она выглядела очень смешно, потому что ее большая шляпа, похожая на виноградник, залихватски съехала на левый висок.
— Caramba! — ворчала она. — Кто из вас знает устройство двигателя?
Робину, Дюран, Роберт и Ивонна, одним словом, все общество, начали осматривать двигатель. И каждый делал умную мину и делал вид, что является великим знатоком автомобиля.
— Может какая-то свеча неисправна? — спрашивал куратор.
— Или карбюратор засорился — возразила Ивонна.
— Или провода перепутались, — добавил Робину.
Как и подобает детективу, которому поручено наблюдение за бесценным полотном, Робину не расставался с ним ни на минуту. Он вышел из машины, чтобы заглянуть под капот автомобиля тети Эвелина. Под мышкой он держал картину, завернутую в бумагу.
Толкнув в плечо Ивонну. я молча указал ей на горловину топливного бака. Я провел пальцем вокруг горловины, и я показал девушке палец.
— Видишь эти маленькие кристаллы?
— Да. Что это?
— Сахар, моя дорогая. Кто-то подсыпал сахар в бак с бензином. Двигатель должен был испортится, — сказал я. И я приложил палец к губам, давая девушке понять, что она должна молчать, как могила. Не следовало поднимать тревогу, потому что это может спугнуть Фантомаса.