— Так, может, его и добыть? — предложил было Алексей, но стушевался. — Все, все, понял. Никаких запросов в контору, которые могут вызвать нездоровое любопытство.
— Ну так что, мы можем идти? Стемнело уже, — подвела итог Маша. — А то ваши пенсионерские посиделки, если честно, достали уже! Треплетесь и треплетесь без конца…
— Это я-то пенсионерка? — возмутилась Виктория. — Да ты, малявка, совсем охренела?
— Так, хватит! — хлопнул я рукой по столу. — Мы сейчас пойдем прогуляемся, я провожу Машу домой и вернусь. А вы тут успокойтесь, пока мы друг друга не прибили. А то даже у меня уже руки чешутся…
— Даже? Тоже мне, нашелся самый добрый и миролюбивый человек на свете! — фыркнула Виктория и демонстративно отошла к холодильнику совершать ритуал «открыл, посмотрел, закрыл».
Я же, благоразумно позволив оставить женщине последнее слово за собой, отправился в комнату собираться. Ну как собираться? Просто повесил на себя собранную еще вчера сбрую с пистолетами да накинул сверху куртку, чтобы спрятать под ней оружие. А потом, подумав, сунул в карман несколько запасных магазинов. Случаи все же разные бывают, лучше быть готовым, чем потом локти кусать, когда патроны кончатся.
— Рассказывай! — попросил я Машу уже на улице.
— Да там рассказывать-то особо нечего… — пожала плечами девочка. — У нас в школе один урод предложил попробовать что-то интересное…
— Тебе предложил? — удивился я. — Ты вроде бы еще маловата для этого?
— Ну не мне, какая разница-то? — отмахнулась Маша. — Старшекласснице одной… Да, я подслушала! Случайно получилось. Сидела на подоконнике, никому не мешала…
— В невидимости? — усмехнулся я. — Уроки прогуливала?
— Да какая разница! Ты слушать будешь или нет? — возмутилась девочка. — Ты мне еще нравоучений не читал! Это отец все понять не может, что я уже взрослая и помру от старости года через три! Как раз когда школу закончу!
— Все, все, успокойся… — поспешил я сойти со скользкой темы. — Рассказывай дальше.
— Так вот, — продолжила девочка. — Сижу я, значит, на подоконнике рядом с кабинетом, чтобы этот чертов браслет не показал, что прогуливаю, а тут какой-то тип девку клеит… А она, дура, расплылась вся прямо… Ну видно же, что этому хмырю от нее что-то нужно!
— Ну так-то ему что-то другое могло понадобиться… — пробормотал я и, наткнувшись на взгляд Маши, благоразумно заткнулся. — Все, молчу, не перебиваю.
— Знаю я, что кому нужно бывает, не надо мне тут про тычинки и пестики, — проворчала девочка. — Отец как-то пытался со мной беседы проводить… Ну так вот, достает он, значится, какой-то пакетик, и тут училка по коридору… Ну он сразу этот пакетик спрятал и свалил потихоньку.
— И что?
— Ну в общем, наркота там была, я точно знаю.
— Ну… — засомневался я. — Как-то это все за уши притянуто, ты не находишь? Ну даже если так, ты предлагаешь? Найти этого пацана и допросить?
— Не, нереально, — отмахнулась Маша. — Он уже того… Несчастный случай с ним произошел, вот!
— Что, правда? — закономерно не поверил я.
— Абсолютно! — взглянув на меня кристально честными глазами, подтвердила Маша. — Нет, ну ты представляешь, что было бы, если бы ученика нашей школы грохнул кто-то? Папа бы сразу мне устроил допрос с пристрастием. И так все время ворчит, что ремнем надо было воспитывать, пока маленькая была, а сейчас, мол, уже поздно…
— Так, ладно, и что ты мне тогда голову морочишь?
— Да не морочу я, — аж притопнула ногой от возмущения Маша. — Это ты меня все время перебиваешь!
— Так рассказывай тогда по существу!
— Короче, я знаю, откуда наркота расходится по закладкам! — выдала девочка.
— По каким закладкам? — не понял я сначала. — А, сообразил… Так ты его допросила, что ли?
— Ну да. А потом сидела в невидимости, караулила, следила… В общем, проделала огромный объем работы, между прочим! — заявила явно гордая собой Маша. — Там только зачистить это гнездо оставалось, в выходные планировала, а тут ты со своими проблемами… Ну не брошу же я тебя без помощи? Вот и закрутилась, не до того было.
— Угу… — покачал головой я, проигнорировав наглое замечание девочки.
Мои проблемы, значит… Как будто не она мне сама навязалась, да так, что хрен отобьешься. Впрочем, в глубине души я был рад такому повороту. Да, рисковать ребенком — аморально и мерзко, но с ней все получалось намного легче и проще, чем в одиночку, а уж сберечь ее я постараюсь. И вовсе не потому, что… Просто привязался, наверное. Как к другу. При этом понимаю, что меня, скорее всего, вовсю используют в своих целях. Вот даже прямо сейчас.