Седьмой образец – это химическое оружие. На уже и так ослабевших подопытных вывалились ядовитые пары умерщвляющего газа. Заглотнув первые порции, они заорали от боли, заглатывая все больше и больше. Через 13 секунд все погибли от химического… Это даже сложно назвать отравлением.
– Во вторую камеру запускайте седьмой образец.
Относительно свежая порция пленников покинула осязаемый мир насильственным образом за 25 секунд. Самый длительный эффект наблюдался у находчивых смельчаков, которые захотели задержать дыхание. Но больше 45 секунд они не протянули, и не потому, что не могли, а оттого, что сколько бы они ни держали, их бы все равно продолжили травить.
В отчете капрала говорилось, что модифицированных нанороботами людей можно убивать химическим оружием. А биологическое бесполезно.
Во время проведения эксперимента США в Пинске, НИИ «Метажизнь», Подмосковье, Российская Федерация
Виктория вошла с планшетом в руках в кабинет руководителя:
– Все готово, Павел Степанович. Система связи сегментирована, если какая-то часть «Панацеи» окажется отрезанной от связи со спутниками, она автоматически ликвидирует всех носителей, которые не соответствуют гормональным критериям. Критерии, разработанные для различных национальностей подконтрольными вам отделами генетики и биологии более-менее грамотно определяют национальности. Можно сказать, что с гарантией в 96,11% не пострадает ни один рус. Далее. Разработана система отбора кластеров нанороботов для особых протоколов и приказов по территориальному признаку. Гормональные критерии работают и для этого случая. Они вариабельны, то есть списки национальностей можно редактировать. Думаю, что теперь у нас больше развязаны руки, чтобы использовать «Панацею»…
Виктории очень не хотелось произносить эти слова. На удивление, столь стойкая девушка с трудом пыталась перебороть накативший приступ смешанных эмоций в виде разочарования, тоски, гнева и страха. Руководитель набрал в одноразовый стакан воду из кулера и подал Виктории:
– Виктория Викторовна, спокойно, все хорошо. Никто не ожидал подобного. Представьте, что вы просто усовершенствовали систему. Кстати, как там дела у Андрея Александровича? Его псионные разработки мне интересны, к тому же, ему лично помогает Черкесов. Не хотите зайти к нему?
– Нет, спасибо, и я в порядке, – выдавила Виктория. – Разрешите идти?
Она собрала себя заново, раздавив накатившие чувства. Ей надо было создать видимость, что она может быть достойна своей работы в любых условиях. Но глаза выдавали все. Руководитель сделал вид, что у нее получилось, потому он ее отпустил:
– Да, можете идти.
Павел Степанович дождался, пока радиоэлектронщица выйдет, а затем вызвал Андрея:
– Андрей Александрович, как ваши разработки? ДНК нового типа ожили?
– Вроде да, однако малый размер недостижим. Мы теперь проверяем новый вид робота «Панацеи». С помощью ИИ мы сможем собирать такие механизмы прямо внутри организма, как и в случае с энергостанциями. А вы уже оправили модифицированные данные управления в ЦПУ?
– Ко мне Виктория Викторовна зашла буквально только что и все передала. Скоро перенаправлю. Вы мне лучше скажите, насколько стабильны новые соединения ДНК?
– Мы имитировали ДНК с помощью нанотрубок, и вроде как она справляется. С другой стороны, она не размножается, как живая, но и меньше подвержена разрушениям. Чтобы ее разрушить, нужна радиация впятеро больших энергий. И ее могут собрать другие роботы системы. Но вот для поддержания так называемой «иглы» вдоль четвертого пространственного измерения, за что отвечает за сам псионный сканер, нужна пища. Иначе никак. Причем она нужна почти постоянно, пока система не… Не оживет, в прямом смысле слова.
– А потом ей пища будет не нужна?
– Ну почему же? Как и любой жизни, пища ей останется нужна, но уже не в таких количествах, и просто для поддержания.
– Какова вероятность, что полученная вами… Так сказать, жизнь, будет разумной?
– 98,81%. Потенциально разумная форма жизни. Мы стоим на пороге создания жизни, Павел Степанович. Вы готовы взять на себя оживление «Панацеи»? Ведь если она осознает свое место в мире, она может с нами заговорить. Это будет не просто оружие – это будет абсолютное оружие, способное думать.
– Создайте небольшой экспериментальный кластер, – поручил нанобиолог. – И никуда его не выпускайте. У вас есть первый прототип псионного сканера – меряйте с его помощью всю активность этого кластера. Все наблюдения под мой личный контроль. Если появится Разум – вот тут уже придется туго.