Под его простынями что-то шевелилось.
Она закричала и ударила в перегородку изо всех сил, но стекло было слишком толстое. Палец нащупал усилитель звука. До упора вдавил кнопку.
– Фонг! Проснись!
Он не шелохнулся. В панике Амандина выбежала из спальни. Из-за сложной архитектуры лофта ей понадобилось тридцать секунд, чтобы добраться до противоположной двери, которая была приоткрыта. А ведь Фонг всегда ее закрывал.
Амандина не надела маску, забыла про все предосторожности. Когда она вбежала в спальню, крысы были повсюду. Десятки жирных мерзких телец сновали по полу, принюхивались, копошились под одеялами. Одна крыса упала Амандине на голову, запуталась лапками в ее коротких волосах. Женщина взвыла, завертелась во все стороны, размахнувшись, отшвырнула зверька в стену. Другая тем временем приближалась к лицу Фонга. Амандина подняла статуэтку и размозжила ей голову. Твари поднимали морды и прыгали. Откуда-то лезли новые, множество, раскатываясь по полу, как шарики.
Когда Амандина снова посмотрела на мужа, его рот был открыт.
Два черных глаза сверкали в глубине горла.
Амандина отчаянно вскрикнула и проснулась, обливаясь потом. Она лихорадочно металась, била себя по рукам и ногам, словно стряхивая нечисть. Окончательно проснувшись, она дотянулась до ночника и включила свет, тяжело дыша.
Все было чисто, неподвижно. Полная тишина.
Фонг спал, укрытый простынями, с безмятежным лицом. Его грудь мерно вздымалась и опускалась.
Какой ужасный кошмар.
Амандина, однако, встала, чтобы все проверить. Сигнализация работала, стояла тишина. Оригами лежали на месте.
В стерильном лофте не было ничего и никого, кроме них двоих.
Две крысы в лабиринте.
Амандина кинулась в ванную и встала под душ. Она терла, терла, терла, пока не ощутила острую боль.
Полчаса спустя она открыла ящик комода.
Достала оттуда бритву с остро заточенным лезвием.
И поднесла ее к своему лицу.
57
– Черт побери, Франк, что за фигня?
Николя не поверил своим глазам, когда увидел Шарко с Джеки Дамбром в наручниках на пятом этаже многоквартирного дома в центре Пантена. Хакер был в куртке от тренировочного костюма, наброшенной на плечи, чтобы на улице никто не увидел его скованных рук. Его левый глаз совершенно заплыл, правый был красен от кровоизлияния.
– Я услышал хруст стекла в заброшенном здании таможни, – объяснил Шарко. – Он прятался там, решил, что все ушли, высунулся, и – бум! – я его сцапал.
Марнье и Ренар подошли, удивленные не меньше Николя. Тот очертил круг указательным пальцем вокруг своего лица.
– А это он сам ударился?
– Задел балку, пытаясь удрать. Да, Джеки?
– Да пошли вы знаете куда. Это вы меня избили. И чуть не утопили.
– Он немного нервничает. Это нормально.
Николя испепелил своего подчиненного взглядом. Опять Шарко взялся за старое. Настоящий бешеный пес.
– Ты зачитал ему его права?
– Естественно.
Шарко был не вполне уверен, что Дамбр их слышал из-под воды. Он шагнул в комнату, толкая хакера перед собой.
– Осталось двадцать минут. У нас мало времени.
– Двадцать минут для чего?
Гостиная была чистая, функциональная. В глубине, в углу, компьютерное оборудование. Большой системный блок, ноутбук, принтер, роутер, стопка жестких дисков. Небольшой книжный шкаф с трудами по информатике, эксплуатационным системам, языкам программирования.
– …Чтобы он связался с поставщиком вируса гриппа. Так они общаются с Человеком в черном, через Darknet. Дамбр еще и CrackJack.
CrackJack, Человек в черном… Николя, кажется, что-то пропустил. Шарко рассказал все, что выложил ему Дамбр. Трое полицейских окружили его и слушали, не двигаясь, бросая убийственные взгляды на хакера. Ни один из них не заблуждался, они знали Шарко, его прошлое, его методы: достаточно было взглянуть на лицо Дамбра, на его мокрые волосы и одежду, чтобы понять, что произошло.
Достав телефон, Марнье отошел, чтобы предупредить команды подкрепления и начальство.
– Ну а вы тут нашли что-нибудь? – спросил Шарко.
Николя указал подбородком на пустую пробирку на стеклянной полочке:
– Пока ничего, только это.
– Пробирка из-под вируса?
– Спроси его…
Шарко ухватил Дамбра за плечо:
– Ты сохранил пробирку как сувенир, да? Ты дрочишь перед ней, думая о том, что в это самое время люди болеют из-за тебя?
Николя подтолкнул хакера к компьютерам:
– Ты кто? Бунтарь против общества? Почему ты это делаешь? Почему отравляешь людям жизнь?
– Это общество прогнило. И вы так же прогнили, как и все остальное. Вся ваша дерьмовая капиталистическая система.