– Привет.
Ответа не последовало, лишь заерзали его руки под заскорузлым пледом, который покрывал это существо непонятного возраста, пониже груди. Похоже он подозревал что сейчас его будут бить и грабить. В моей голове мелькнула мысль, что это не такая и плохая идея – нанесу еще одну засечку на воображаемый приклад своих подвигов. Ограбленный, еле двигающийся бездомный будет органично смотреться в ряду со старушкой, толстой афроамериканкой возле банкомата и тем мертвым мужчиной.
Я выставил вперед руки, показывая пустые ладони и дружелюбным голосом сказал:
– Спокойно, я не причиню тебе вреда. Я хочу торговать. – Господи, как же глупо это прозвучало, словно я собирался вести переговоры о покупке портфеля акций какой-то нефтяной компании.
Недоверчиво смерив меня выцветшим глазом (и вызвав ассоциации с Оком Саурона), человек заплетающимся языком произнес:
– Что тебе нужно? – похоже он был сильно пьян. Может все-таки ступить на проторенный путь асоциальной личности, познанный сполна мною сегодня. У такого субъекта могла быть масса вещей, которые могут быть полезны для меня, в моей-то ситуации. Да найди я дырокол на дороге – и тот бы прихватил.
– Одежда есть?
Странно, но бездомный, ни капли не смутившись, кивнул на тележку из супермаркета, заваленной барахлом, что стояла в шаге от него. Я подошел к ней, не спуская глаз с «продавца» и размышляя, что он прячет под одеялом. Дойдя до тележки, я погрузился в изучение смрадной кучи барахла, скашивая зрение в сторону своего нового друга.
Спустя некоторое время я выудил из кучи вещей совершенно разного назначения и вида, начиная от облезлой джинсовой юбки с блестками и вплоть до собачьего поводка с ошейником с биркой «Бигби» (я совсем не хотел знать эту историю), несколько тряпок сравнительно сносной кондиции. Голубая выцветшая футболка с логотипом «Баскин Робинс», темно-зеленый худи с символикой университета Нотр-Дама и, видавший виды, потертый рюкзак непонятной марки и формы. Положив эти вещи перед бездомным я вопросительно взглянул на него.
– Сто баксов. – шепеляво бросил он, даже не взглянув на них.
– Ты с ума сошел?! Здесь барахла на пятерку, от силы.
– Сто баксов. – Повторил он, недобро прощупывая меня взглядом.
– Ладно. Двадцать долларов плюс вон та кепка. – Я кивнул в сторону бейсболки с непонятным значком.
– Сто баксов. – как заведенный вторило одноглазое существо.
– Слушай, я ведь решил отнестись к тебе с уважением. Так? Я предложил тебе честную сделку, предложил цену, куда большую, чем кто-то когда-либо предложил бы за этот хлам. Господи, да кому он вообще нужен?! Я мог просто проломить тебе череп и взять все что мне нужно!
Плед сполз и на меня уставился еще один глаз – черный и бездонный, глаз дула пистолета. Да что ж это за страна, в которой даже нищий имеет оружие!
– Это место не похоже на модный бутик, придурок. – бездомный выплевывал слова с омерзительным акцентом южных штатов. Они звучали недобро и убеждали меня, что собеседник был действительно пьян. Но годы пребывания в таком состоянии научили его весьма эффективно мыслить вне зависимости от количества влитого в себя пойла. – А ты похож на того, кто готов выложить сотню за одну только кепку. Так что ты или даешь мне сто, пока цена не поднялась до двухсот, или проваливаешь отсюда к дьяволу. А двинешься в мою сторону, малышка Кэтти, – он сверкнул глазом в сторону пистолета, – снесет твою голову. Так или иначе, но сдается мне, что свою сотню я все равно заимею.
Я стоял в растерянности. Похоже меня отымел грязный, выброшенный на обочину общества, бездомный. Я неуверенно потянулся к карману, мужчина меня одернул, приподняв пистолет.
– Спокойно, я за деньгами.
– Смотри не балуй, старушка Кэтти быстра, как стерва. – последние слова он изрек с иррациональной любовью и нежностью.
– Что ж она не показала свою скорость, когда тебе разбивали лицо? – язвительно поинтересовался я, отщитывая в кармане пять двадцаток. Покажи я их, и деньги стали бы собственностью этого придурка и его «старушки».
– Пошел ты. – досадно и почти беззлобно бросил он.
Достав смятые купюры, я бросил их ему на одеяло, они моментально исчезли в свободной руке гения продаж. Секунду поколебавшись я переодел футболку, натянув на себя новую, пахнущую формальдегидом и грязным телом майку Баскин Роббинс, которую наверняка раздавали бесплатно в рамках какой-то очередной маркетинговой акции. Худи я повязал на поясе, свои вещи я сложил в рюкзак и двинулся за новой кепкой. Бездомный поцокал языком: