Наброски неба:С нежного голубого перешёл на хмурый синий.У художника пропало настроение.Залил водой, размылась краска,Уплыли листья, тучи сошли на землю.Дурачится невидимый гений.В заструге небо падшее.Кружит вихорь, крутит водоворот, в глубину вовлекаяСкелеты вчерашних забот.
Художник, капризный ребёнок, опять за работой.Добавляет все большеМонотонной белой гуаши с творческой заботой.Замазывает пестрый холст, поверх покрывая туманами ранними. Тёмных пятен натыкал,Которые во тьме оживают, пугают.Художник не спит, он не творит, он воюет.Картины одна за другой.Над одной согнулся как ювелир, у другой как фехтовальщик в запой.Танцует.Отступил, наступил.И малюет, малюет:Лосиный бой.Медвежий след.Черничный слой.И клюквы плед.
А на брусничном ковреПожар, пожар.Перешел по руке,И в рот попал.
Картина готова.Затем зима.Начинать все снова,С нова́.
«Спешит, как обычно, куда-то…»
Спешит, как обычно, куда-тоРечка.Просыпается с зевающей пастьюПечка.Сапоги тяжелеют от бурой грязи.Сухие цветы в вазе.
Лужи стеколит прохладаНочи.Две капли скатились, соединившись в ручей.У расковырянной ногтем рамыБлик лампы.
Зелёная скамейка в садуПузырями.Кто в школе, а кто на охотеС дробями.Лошадь поржала на мой вопрос,Кто лето унёс?
К шее тянут дряхлые пальцыВетки.Бусинки на рыльце окутали уголСеткой.Прощальные крики птиц.Дождь барабанит на бис.
Влияние томика стихов Есенина
Заколыхалось зарево заката,Отплясалась вешняя трава.Я спускаюсь по горе покатой,И сегодня пьяный я в дрова.
Поле ты моё, отколосилось.Отголосился лес от пенья птиц.Не молись ты за меня, коли молилась.Не вставай перед иконой ниц.
Судьбу свою стегаю я поводьем.Не спускаю ей, я знаю путь.Но коли встретите меня подворьем,Я расплачусь, не сдержать мне грудь.
Я хожу под небом, не под богом.Я устал, но что мне ныть.Может, что-то мне и вышло боком,Но я и дальше буду против шерсти плыть.
Отколыхалось зарево заката.Народилась новая трава.Я вздымаюсь по горе горбатой,И сегодня пьяный я в дрова.
«Ночь сегодня длинна…»
Ночь сегодня длинна.Светит ярко луна.И только она мне однаПостоянно верна.У дома изгородь пала,Накренилось крыльцо.Друг мой, пёс, дал мне лапу,Облизал все лицо.Ночь сегодня тиха.Слышно ясно в лесу,Скрипит тихонько ольха,Наклонившись к пруду.И я так же сегодня,С грустью во впалой груди,Посижу у крыльца,И повою в тиши.
Поэмка
Я шёл семимильными шагамиПо лесу темному.Сырой большой траве.Болоту мрачному.Сбивая мухоморы,Да пни старые.Мышь летучаяВниз главой висит.Воет волк.Луну прогоняет прочь.Старый лес ворчит, ветер дует лист.Шел вглубь леса, чтобРазвеять страх я свой.Долго я гулялПо лесу этому.И петлял в ветвях, и хотел дойтиДо конца пути.Найти золото, что там спрятано.Все ходил, бродил.Нашел девушку на распутии,И меня звала в дорогу дальнюю, в другу сторону.Но не согласился тут,И пошёл далееСудьбу баловать.
Укусил тогдаМеня змей в ладонь.Укусил тогдаМеня ящер в грудь.
Шёл я далее походкой пьяного, и доходил я доРазвилок семи троп, дорог.Повстречал тогдаСтарца мудрого.Он выпрашивал, куда путь держу.И сказал, узнав, что за златом сим на гору ползти, что в тучах грозовых.Но чтобы злато взять душой чистым быть, а то ослепнешь ты, да отравишься.И будешь ты травитьВсех, кто есть вокруг.И злато взяв когда, обязан ты сидетьНа той горе.Да чахнуть все над ним,И сгоришь дотла.До пепла дымного.Коль душой не чист,Не гонись за сим.И зажгло тогдаЛадонь правую.Не поверил я старцу мудрому, и пошёл в гору, забирать казну. Долго шёл, плутал, наконец нашёл.Там сундук стоял, весь огнём горел.Череп был на немС чёрным вороном.Ворон каркнул – «карр» и взметнутся ввысьДа и сгинул прочь.Я дотронулся до блеска золота,Улыбнулся я во весь широкий рот, и ослеп как кротВ подземелии.