— Ага.
— Но об этом не нужно думать. Я сочинял стихи на матах и читал их вслух на балконе. Оказалось, что у меня — русская соседка.
— И что?
— Я ее ебал.
— О!
— Я понял, что не нужно делать в жизни слишком много. Свою роль я уже выполнил. Я создал стоячий лохотрон, и это произвело революцию в игровом бизнесе в России. Но спроси, сколько я за это получил?
— Не знаю.
— А знаешь, пофиг. Главное — осязать! Я это сделал. Именно с моей подачи целая нация отжималась под лозунг «дай».
— Ты хочешь вернуться?
— А я уже вернулся. Я — человек-вселенная. Я везде дома.
— Ты выучил китайский язык?
— Не. Зачем?
— И правда.
— А еще, знаешь, я люблю напиться и совершенно залитыми, будто съеденными солнцем, глазами, смотреть футбол. Особенно мне нравятся старые записи, когда нашим много насовали. Помнишь, «Барселона» — «Спартак» — 5:1.
— Нет.
— Ладно. Пофиг.
— Значит, ты считаешь себя гражданином мира?
— Это единственно возможное звание. Настоящий программист и должен быть таким. Именно для этого и существует Интернет. Ты приезжает в самую отдаленную щель, и, выходя в сеть, находишь себе заработок. Ибо ты умен и немного пофигистичен, и главное для тебя — ощущение земли. Когда ты становишься художником, жизнь состоялась.
— А Митник?
— А… Митника не существовало.
— Да ладно.
— Я тебе точно говорю. Ты даже не сомневайся. Ты не спрашивай, откуда я знаю. Мне пофиг. Я знаю. Давай лучше пить. А, знаешь, в тот год, когда я торговал помидорами, я еще поработал в местном городке системотехником и узнал, что такое ламеры. И это вовсе не то, что ты думаешь. В провинции не бывает программистов. Там люди тыкают железо и делятся на тех, кто колол Athlon, а кто — нет. Но пофиг. Это я так, к слову вспомнил…..
Каждый новый день у Жени рождалась новая идея.
— Все. Еду во Францию, — мог сказать он позавчера.
Вчера же он говорил:
— В жизни нужно жить в России. Только так.
Сегодня он вдруг заявил:
— Знаешь, я не больше не пью.
— Будешь спортом заниматься?
— Посмотрим.
— А чем именно?
— Не знаю. Здесь очень популярен бадминтон…..
Все это я хорошо знал. Я уже давно, как не видел Женю. Вертикальные игральные автоматы с одной щелью сменились автоматами с щелью и табло, что, естественно, ничего не меняло.
Автоматы под кодовым названием «Женя Семин» продолжали приносить прибыль своим владельцам. Сам Женя с этого не имел с этого ничего, кроме морального удовлетворения.
Где точно был теперь герой, я не знал.
Зайдя в клуб «Искра», на сленге местных именующийся «сперматозоидом», я посидел минуты две за компом, и тот потух. Админ пробовал завести его — ничего не вышло. Я сел за другой. Там стояли 950-е дюроны. Из полукруглых щелей для вентиляции выходило ласковое, высокочастотное тепло, и некоторое время я чувствовал себя комфортно. Однако, системник заглючил и здесь.
Возможно, что именно это и было мясом.
Я знал людей, которые ломали аппаратуру своим настроением.
A. S. Antysoft рассказывал, что с ним это случалось довольно часто, и потому он всячески избегал дурных, необузданных, мыслей.
— Машины чувствуют.
— Да, — отвечал я вяло.
— Не веришь?
— Я знаю, что некоторые животные способны генерировать электричество.
— Тут другое.
— Но ты же знаешь, что романтика — это груда переработанной литературы, когда ты несколько лет не спал по ночам, а после, сделав беспечное лицо, прикидываешься ленивым гением, утверждая, что все далось тебе просто так.
— Я не об этом. Когда у меня плохое настроение, из строя может выйти что угодно.
— Главное, чтобы не жесткий диск.
— Я постоянно архивирую данные. Иначе я запросто могу остаться без информации….
Конечно, со мной не могло происходить то же самое. Но интереснее всего то, что, перейдя из «Сперматозоида» в клуб «Агент Смит», подобное произошло и с 1300-м «Селероном». Совпадения? Спустя неделю я заглядывал в те же клубы — машины, которые отказались работать со мной, продолжали молчать.
— Кстати, я не говорил тебе о Новицком, — сказал тогда Antysoft.
— И что же?
— С ним такие вещи происходят регулярно.
— Я и не думал, что это так распространено.
— Еще как.
Я также встречал в свое время электрического человека. Это парень из маленького городка, который тогда приехал в столицу, чтобы посбивать барсетки и познакомиться с серьезными людьми. У него был своеобразный IQ, но я бы отправил его в нижнюю часть шкалы.
Это было по-деревенски.
Но главное, что парень вырабатывал электричество.