— Антиглобализм — это прежде всего антиамериканизм, Юрий Александрович, — сказал Петр, — если мы сейчас с вами не чувствуем этого здесь, то дайте срок — почувствуем. Дайте срок, и нас заставят отжиматься на раз-два. Как в армии. Наша корпоративность — это наш ответ. Зачем раньше времени распродавать ресурсы? Посмотрите, сколько молодых! Если их направить в правильное русло, они не будут курить и материться в неведении. Они будут строить. Почему мы развернули агитацию, вы спросите? А как же еще? Когда в городской думе будет наш человек, мы сумеем поднять многие жизненно важные вопросы. Некоторые смеются над нашим панк-роком. Вот вы наверняка не очень понимаете это.
— Ну, не в моем возрасте слушать панк-рок. Хотя выступления музыкальных коллективов в поддержку политиков — это обычно. Здесь нет ничего нового. Некоторые партии это практикуют. Вы здесь не первые.
— Это не совсем так, Юрий Александрович. Дело в том, что это еще и от души.
— Ну ладно вам, Петя. Разгорячились, — сказал он тоном наставника, — я вижу, вы еще романтик. Нет, вы не обижайтесь. Кто в вашем возрасте не был романтиком? Кто не был, то, вот, в бандиты подался. Надо верить в светлое. Мы все через это прошли. Хотя — не знаю. Может быть, вы таким только хотите казаться? Уж поверьте моему опыту. Не над первыми выборами работаю. И, надеюсь, не над последними. Увлечения — это отлично да. Но я за вами наблюдал, и ничего аномального не увидел. Вы, должно быть, уже поняли, что власть — это главное увлечение, которое может занимать ум серьезного человека. Сначала — проверка, потом….. Хотя и потом — одни проверки. Жизнь такова.
— Это когда как, — сказал я.
Он повернулся. Так реагирует зверь. Сначала он только принюхивался, потом поворачивается на звук, чтобы неожиданно прыгнуть. Возможно, что жертва просто не знала, с кем она имела дело. Но вот уже она ощущает смертельную хватку зубов на своем горле.
— А вы кто будете? — спросил он резко.
— Консультант.
— М.м. м…
Он, видно, хотел на место меня поставить, но вдруг постеснялся. И правильно. Это был признак его ориентации в пространстве. Он уже явно не считал нас ни случайными дураками, ни потайным крылом кого-то из центра. Впрочем, за последнее ручаться было нельзя. Но ведь они наверняка все уже узнали. Мы организовали себя сами. Не мог же он знать о взломе банка? В этом случае мы бы увидели не его, а злые глаза спецназовцев, смотрящие из разрезов масок.
Он представляет сытых волков, которые умело отслеживает все течения в мире овец. Если овцами не заниматься, мало ли, что они там могут придумать. Для овец существуют законы. У них — своя маркировка, свои доходы, свой вид ценностей. И вот, в этой массе, вдруг рассветает что-то новое. Но, конечно, я говорю преувеличенно. Нам нужно быть партией любителей пива. Мы просто разнообразим это серенький, но образованный и богатый огород. Панк-рок. Молодёжь. Некий свободный, рабочий комсомол, который решил поиграть, пошуметь. Их задача — решить, нужны ли мы им или нет. Если да, то мы набираем необходимое количество голосов. Если нет, то никакое количество бюллетеней ничего не исправит. Хотя, извиняюсь, я запрыгнул на стол и кричал: в нашей демократической стране существует тайное голосование.
Но я ошибался. Мне казалось, он пришел на разведку. А разведка была уже давно, как произведена. Результат вписан в соответствующую графу. Нам оставалось лишь узнать, каков он, этот результат. По сути, это был результат выборов, в которых мы только собирались участвовать.
— Ладно, пацаны, — сказал он, наконец, — буду откровенен. Вы мне нравитесь. Вы не подумайте, что все дело во мне. Если б вы только одному мне нравились, это бы ничего не решило. Просто вы — на своем месте. Это очень грамотно и очень полезно. Идёте за прогресс. Корпоративность — это правильно. Это правильность в деньгах. Люди за вами идут. Это хорошо. Это вы правильно в народ пошли. Декабристы вот не пошли, а на рожон полезли. Но я это так — вы не подумайте. Я просто шутить люблю. А вообще жаль, да, что декабристы тогда не смогли. Были б они были корпоративными, поговорили, порешали, узнали расценки, глядишь, и все бы было по-другому. А у вас — правильная революция. Музыка, рок, работа. Правильно, пацаны. Работа! Нужно работать. А то народ у нас распустился, начинает плакать, отчего цены растут, отчего жить тяжело. А на самом деле, время-то у нас золотое. Просто нужно работать. Ра-бо-тать!
Он прикурил еще сигарету.
— Вы уж мне поверьте, я могу с закрытыми глазами, с зажатыми ушами человека распознать. Я просто его чувствую, ребята. Это мое призвание, если хотите. Я чувствую успех, а это очень важно. Ведь нам не нужны слабаки и неудачники. Нам нужны реальная смена, здоровые политики, которые знают толк в деньгах, умеют работать и зарабатывать. Если б не я, ребята…. Знаете, не буду говорить, что именно я сказал за вас свой решающий голос. Но с другой стороны, ведь это так! В принципе, да. Что уж говорить. Это так. Ну, ходили бы вы себе на митинги. Собирали бы полные залы. Панк-концерты. Даешь здоровой русский рок без наркотиков и все такое. Движений-то всяких полно, пацаны, никто не мешает же им существовать. Чего скины эти стоят, а? По нормальному, их отлавливать надо, а они, да? Но скины тоже не просто так, пацаны. Я это по секрету вам скажу. Скины не придумали сами себя. Это мы их создали, чтобы посмотреть реакцию общества. Мы также создали современных фашистов, чтобы избежать возникновения или, так сказать, проникновения с запада, настоящих фашистов. Вы поймите, мы — мы никогда никого никуда не пропустим, хотят они того или нет. Потому что…. Это структура, мальчики. Это наша жизнь. Она не сегодня строилась. Если кто-то думает, что она ломалась, то он просто, просто он поэт, вот и все. У вас ведь тоже есть поэты. Стихи. Мечтания. Я знаю — никто не заставляет человека мечтать. Но одно дело — несбыточное, а другое — то, что нужно делать. Работать, пацаны! И вы будете работать на нас. Вы будете пропагандировать рок. Вы будете полезными тем, что займете собой пустую нишу. Итак, у нас будет настоящая, русская молодежь, поддерживающая современный реж… пардон, современную власть. Я даже предполагаю, у вас есть гораздо более серьезная перспектива, нежели сейчас, в регионе. Но до этого, как вы сами понимаете, еще нужно дорасти. Нужно дорасти. А пока — работа! Работа! Это ведь не кирпичи на стройке таскать и не бетон мешать! Вон, сколько их…. Чернь….