Я чувствовал, как моё тело переполняет энергия. Она перетекала от клетки к клетке, медленно заполняя собой всё вокруг. Я был бессилен и могуществен одновременно. И это ощущение мне нравилось. А потом моё сознание начало растворяться, обращаться в ничто, и я оказался в пустоте.
Передо мной появились три призрачные фигуры. Я почему-то знал, что это фигуры воинов. А ещё я знал, что они жили тысячи лет назад. Воины парили в молочном тумане, внимательно разглядывая меня.
– Он слишком молод. – Произнёс один из них.
– Теперь это не важно. Я чувствую, Шепот уже с ним. Он принял его. – Ответил второй.
– Но он ничего не умеет. Ему не справится с Шепотом.– Вступил в разговор третий.
– Ему придётся. У него нет выбора. Он сам принял такое решение. – Второй сделал шаг вперёд, разглядывая меня, словно я зверёк в зоопарке.
– Нужно помочь ему. – Первый так же подошел ближе.
– Ему не нужна наша помощь. Он должен постичь Шепот сам. – Второй, сделав еще один шаг, оказался прямо передо мной, глядя мне прямо в глаза, – Используя Шепот, действуй не умом, а сердцем. Будь перышком, а не камнем. Лети по воле ветра.
Пронзительный вой вырвал меня из объятий света. Я огляделся, не понимая, что происходит. Вскоре до меня дошло, что я всё ещё на дереве. Снизу доносятся шум ломающихся ветвей и глухое рычание. Развязав верёвку, я аккуратно перекинулся через ветку и посмотрел вниз. Место моего ночлега обнаружили. Внизу в утренних сумерках бесновалась тварь размером с медведя.
Турун (ур. 12) Хищник. Обитает в лесах центральной Алиарии.
Я оглядел округу. Всё указывало на то, что зверь только один. Его острые, выпирающие на добрые двадцать сантиметров клыки не предвещали мне ничего хорошего. Взяв в руки меч, я осторожно, стараясь, чтобы зверь не услышал, перебрался на соседнюю ветку, оказавшись прямо над тварью.
Прыжок и мой меч врезался в спину зверя. И не пробил её, заставив меня отскочить в сторону. Монстр развернулся, увидел меня и яростно зарычал. Его аура пылала ярким алым цветом. Я заметил, как она начала становиться насыщеннее в районе всех четырех лап и успел увернуться от последовавшей за этим атаки. Меч, рассекая воздух, врезается в шею зверя. И снова не смог пробить его шкуру. В момент касания я подметил, что аура в месте удара немного побледнела, теряя свой цвет. Стало понятно, что у твари какая-то магическая защита, ведь на шее слой шерсти минимален, и мой меч просто обязан был пробивать его. А зверь тем временем снова атаковал.
Я ушел перекатом за дерево и оказался позади Туруна. Два быстрых удара по лапам снова не принесли никакого результата. Не понимая, как одолеть зверя, имеющего магическую защиту, я активировал Шепот. К моему сожалению, ничего не изменилось. Уходя от очередной атаки, я вспомнил чувство, пришедшее ко мне в недавнем сне. Вспомнилось течение энергии по моему телу. Я постарался почувствовать эту энергию снова, и у меня получилось. Она буквально бурлила внутри, просясь наружу.
Пока я отвлёкся, зверь в очередной раз атаковал. Ему удалось сбить меня с ног, а затем его клыки вспороли кожу на моём животе, проникая внутрь. В поплывшем от адской боли сознании я почувствовал, как энергия отзывается на мои приказы. Постаравшись отрешиться от боли, я сосредоточился, пытаясь направить эту энергию в меч. И у меня получилось. Меч окутался фиолетовым свечением. Из последних сил я направил клинок в шею твари, вцепившейся в мой живот. Меч пробил шкуру, не встретив сопротивления. Зверь рухнул на бок, а я погрузился во тьму.
Сознание возвращалось рывками. Пульсирующая боль в животе не давала сосредоточится больше ни на чём. Спустя несколько неудачных попыток, я всё же смог доползти до дерева и, опершись о него спиной, принять сидячее положение. Кое-как избавившись от разодранной в клочья футболки, я осмотрел рану на животе. Всё оказалось не так плохо, как можно было предположить. Два двадцатисантиметровых разреза, оставленных острыми клыками, почти затянулись, хотя всё ещё представляли собой довольно неприятное зрелища. От более мелких ранений к этому моменту остались только небольшие шрамы, которые, впрочем, как я уже знал по предыдущему опыту, скоро и вовсе должны исчезнуть.