Глава 4
Приехав на место, мы с Антоном поднялись на третий этаж торгового центра и прошли к нужному месту. Торговая точка действительно была закрыта, а вывеска небрежно валялась за стойкой прямо на полу.
- Ну, и дела. - удивился Антон.
- Ну, что? Надо звонить Дмитриевскому. Будем разбираться. - сказал я, доставая телефон.
Набрав нужный номер и дождавшись ответа, я сказал:
- Борис Николаевич, есть время подъехать на вашу точку?
- Да, конечно. Сейчас буду. Вы на месте?
- Да. Ждём вас. Расскажете что по чём, какой хоккей с мячом. Чтобы как-то решить вопрос, мне нужна информация. - ответил я.
- Через десять минут буду. - сказал Дмитриевский и отключился.
Я прошел к соседней торговой точке и заказав нам с Антоном по гамбургеру и напитку, нашел свободный столик. Мы уселись и стали ждать заказ. Через несколько минут Антон забрал наш незамысловатый обед и мы с ним быстро перекусили, ожидая когда появится наш "клиент".
Он появился ещё минут через пять и присел к нам за стол.
- Доброго дня, мужики. - сказал он, глядя почему-то на меня.
- Здравствуйте. - сдержанно ответил я и откинувшись на спинку стула, спросил: - И кто же у нас такой безмозглый, сунулся на наш фудкорт?
- Я хуй знает. - ответил Дмитриевский. - Какой-то хмырь из Питера. Здешних порядков не знает, хотя я пытался ему объяснить, что у него будут проблемы.
- А что сказал собственник? Почему он вообще пошёл на эту сделку? Не верю, что только из-за денег. Он же должен понимать, по каким правилам мы все тут играем.
- Он не стал даже разговаривать со мной. - ответил Дмитриевский, нервно теребя пальцами рукав своего пиджака.
- Не ссыте, Павел Дмитриевич. Сейчас всё порешаем. - успокоил его я.
- Не сомневаюсь. Я плачу вам, чтобы спокойно вести бизнес. Уж уладьте этот вопрос. Со мной в одностороннем порядке разорвали договор аренды, пнув под зад. Как-то некрасиво получается.
- Согласен. - кивнул я. - Получается не слишком хорошо. Но я здесь, чтобы решить вашу проблему. Так что оставьте это мне. Я разберусь. А прямо сейчас вы можете вешать свою вывеску обратно.
- Хорошо.
- Далеко не пропадайте, Павел Дмитриевич. Вам скоро позвонят. - сказал я, поднимаясь.
Мы попрощались, я снова достал телефон и полистав контакты, нашел владельца фудкорта. Спускаясь по эскалатору, я набрал его номер и услышал голос по ту сторону:
- Алло.
- День добрый, Александр Владимирович. Как ваше самочувствие?
- День добрый, Андрей.
- Давидович. - поправил я. - Мы с вами на одном поле не срали и баранов не пасли, чтобы вы так ко мне обращались. Ещё раз. Как вы чувствуете себя?
- А в чём дело? Нормально я себя чувствую.
- Да я просто подумал, может вам голову напекло или давление скакануло. Должна же быть какая-то причина, что вы пнули под зад нашего человека.
- Дмитриевского что-ли? Я как раз хотел об этом поговорить.
- Правда? Вы как-то припозднились с этим. Ну, да ладно. Давайте встретимся. У меня есть пара вопросов к вам.
- Хорошо, когда вам удобно?
- Сейчас. - отрезал я. - У меня нет времени бегать за вами.
- Где?
- А вот давайте прямо перед торговым центром. Жду вас на парковке. Машину мою вы знаете. Поторопитесь, у меня мало времени. - сказал я и отключился.
- Думаешь он снюхался с кем-то повыше? - спросил Антон.
- Нет. Если бы у него были такие длинные руки, Прохор бы об этом сразу узнал и не возникал. Тут какая-то другая причина.
- Может он просто идиот?
- Тоже не похоже. - усомнился я. - Не первый год его знаю. Первый раз он сотворил такую дичь.
- Ладно, посмотрим что он скажет.
Владелец фудкорта появился через 20 минут и сев на заднее сиденье, тут же затараторил:
- Мужики, он такие бабки мне занёс, я с вами поделюсь, если надо. Плюс он обещал платить гораздо больше, чем Дмитриевский. Я имею в виду вам, не мне. Я так сразу и поду...
- Так, стоп. - перебил его я и вышел из машины.
Я пересел к нему на заднее сиденье, за водительским креслом и не глядя на него, заговорил:
- Я сейчас правильно понял? То есть к вам пришёл какой-то хуеплёт, который просто дал овердохуя денег и вы разорвали договор аренды с Дмитриевским, потому что так сочли нужным?
- Ну, да. Он же и мусорам... То есть вам, обещал платить больше. Я подумал, что вы только рады будете.