- Сейчас я тебе бухну... Я тебе сейчас так бухну... Мало не покажется. - пригрозил я.
Сев на край ванны, я сказал ей, что алкоголь не спасёт её от душевных страданий, что станет только хуже. Она стала спорить со мной, а я спросил, что у них с Дэном произошло, на что она ответила мне, что ушла от него, что они расстались.
Оценив полученную информацию, я вдруг понял, что всё это время, в глубине души, только этого и ждал, только вот радости по этому поводу, я почему-то не испытал. Мне было жаль свою любимую, потому что она страдала и закрыв лицо руками, начала плакать. Я не смог безучастно смотреть на её слёзы, поэтому тут же встал и обнял её, о чём почти мгновенно пожалел, потому что в нос снова ударил этот неповторимый запах клубники и мыла.
Я попытался утешить её как мог, а сам боролся с самим собой, пытаясь не обращать внимания на её близость, но это было крайне тяжело. Она очень быстро перестала плакать и всё льнула ко мне всем телом, словно специально провоцируя меня на дальнейшие действия. Аромат её волос дурманил рассудок, а понимание того, что она теперь свободна, рождало в голове безумные мысли и желания.
Я попытался разорвать между нами дистанцию, но она обвила мою шею руками и повисла на мне, прижимаясь всем телом, от чего я чуть не потерял над собой контроль, но вовремя сумел взять себя в руки и предложил ей выйти покурить.
На улице мне стало легче, поскольку она стояла на почтительном расстоянии и я даже смог хоть что-то соображать. Я всеми силами пытался отвлечься от своих сумасшедших мыслей, которые крутились в голове, поэтому ляпнул первое, что пришло в голову, спросив почему у них так темно на крыльце.
Она ответила, что кажется фонарь перегорел, но она точно не знает. Я подумал, что нужно бы помочь и починить освещение, ведь было очевидно, что сделать это было решительно некому.
Взяв в сарае стремянку, я осмотрел фонарь и оказалось, что с ним всё плюс-минус хорошо, а проблема была в проводке, которая была совершенным образом в непригодном состоянии.
Пройдя в дом, я пощелкал выключатели в распределительном щитке и прикинув метраж, пообещал, что приеду завтра и починю им проводку.
Поняв, что я собираюсь уезжать, любимая стала просить меня остаться и не бросать её одну, но я не хотел быть для неё лекарством от расставания и душевной боли. Я использовал точно так же Таню, пытаясь с её помощью спастись от душевных мук и это было отвратительно. Сейчас же, моя возлюбленная пыталась провернуть этот фокус со мной, но я совершенно не хотел исполнять роль пластыря на её душе, поэтому всё же уехал.
Вернувшись в город я зачем-то приехал обратно к дому Тани и долго сидел в машине, всматриваясь в темноту её окон. Мне не давал покоя мой поступок и то, как я в итоге просто свалил от неё. Она тянулась ко мне всей душой, доверилась мне, разрешив войти в её жизнь, а я просто использовал её и как только на горизонте замаячила женщина мечты, я сразу растворился в тумане.
Просидев так около получаса, я выбрался из машины и пошёл к подъезду. Ожидаемо, дверь была закрыта и я набрал номер её квартиры на домофоне. Спустя минуту я услышал её голос:
- Кто?
- Конь в пальто и бабка с пистолетом. - сказал я.
- Иди отсюда, конь. - устало ответила Таня. - И бабку с собой забирай.
Я улыбнулся.
- Ладно, про бабку я соврал. Я оставил её дома. Тань, ну впусти меня. Давай поговорим.
- О чём?
- Да я не знаю. Я хочу извиниться.
- Ты уже извинился.
- Бля, Тань, ну хватит. Я долго тут стоять буду и беседовать с домофоном? Открой.
Она нажала на кнопку и я наконец проник в полумрак её подъезда, быстро взбежав по ступенькам на её этаж.
Когда она возникла на пороге, я понял, что скорее всего , всё это время она плакала, потому что её лицо было жутко опухшим, а нос красным, словно ей кто-то пытался его оторвать. Я снова почувствовал неприятный укол совести и вздохнув, сгреб её в охапку.
- Зачем ты припёрся? - недовольно пробубнила она мне в грудь. - Ты можешь просто оставить меня в покое?
- Могу, только... Я не хочу расставаться на такой ноте. Не хочу уходить из твоей жизни вот так. Не хочу, чтоб ты запомнила обо мне только то, какой я злоебучий мудила.
- Хочешь остаться хорошеньким? - сказала она, отстраняясь и поднимая на меня глаза.
- Да нет. - честно ответил я. - Объясниться. Попрощаться нормально.
Она горько усмехнулась:
- А... Потрахаться что-ли напоследок?