Выслушав мои аргументы, Она даже не изменилась в лице. Вряд ли она вообще понимала о чём я говорю, потому что следом продолжила гнуть свою линию:
- Что, даже не поцелуешь?
Она смотрела на меня с надеждой, а я просто умирал внутри каждую секунду, глядя в её печальные, тонущие в какой-то бескрайней тоске, глаза. Мне так хотелось, чтобы она улыбалась. Я отчаянно мечтал зажечь её взгляд счастьем, поэтому просто не смог её оттолкнуть. Я смотрел в её опухшее от слёз лицо и всё, о чем я думал, это как не поддаться бешеному биению собственного сердца, которое кричало и молило о пощаде, вырываясь из грудной клетки.
В тот момент я понял, что абсолютно не умею держать себя в руках, потому что следующее, что я сделал, это безвольно шагнул ей навстречу и притянул её за плечи к себе. Снова ощутив клубничный аромат её волос, я склонился к её уху и прошептал:
- Поцелую.
Она с готовностью запрокинула голову, ожидая поцелуя, а я, дрожа всем телом, легонько коснулся губами её щеки. Её желанные губы были так близко. Я понимал, что от этого прикосновения меня отделяет лишь пара сантиметров и этот факт чуть окончательно не лишил меня рассудка. Одному Богу известно, каким усилием воли я сумел вовремя себя остановить и оторвать свои губы от её ароматной кожи. В следующее мгновение я уже трусливо шагнул обратно от неё, скользнув напоследок ладонями по её рукам.
Она разочарованно выдохнула и села обратно на диван, а я тут же отошёл на почтительное расстояние и спасся бегством в свою комнату, где взял телефон и позвонил другу, сказав, что скоро привезу ему его женщину.
Уже через пол часа я отвез её к Дэну и передав ему, дал по газам. Я нёсся по встречке, не чувствуя скорости, словно пытаясь убежать от боли, которая преследовала меня. В какой-то момент я всё же вернул свою Октавию обратно на правую полосу и продолжил гнать в сторону своего дома.
Глава 2
В моей голове никогда не возникало глупого вопроса: "За что мне всё это?". Я всегда знал за что вселенная наказывает меня.
Я продажный мент, который защищает закон, одновременно его нарушая. Столько дерьма, сколько совершаю и продолжаю совершать я, многие даже представить себе не смогут. Взятки, крышевание наркотрафика, оружие и многое другое... Если кому-то кажется, что органы полиции, это место, где в приоритете правопорядок, то это совершенно не так. В приоритете там выслуга, галочки, погоня за статистикой, которая добывается любым доступным способом и бабки. Это клоака, в которой ты сможешь задержаться только в том случае, если приспособишься к этим условиям и станешь куском дерьма. Я стал. Моральные компасы тут давно у всех сбиты, а у большинства их и вовсе никогда не было и в помине.
Трахнуть шлюху на рабочем месте? Легко. Их полно и они являются частыми гостьями нашего отдела. Нужно поднять раскрываемость? Легко. Ищем дурака, который попался с весом в один грамм метадона, пришиваем ему по максимуму всё, что только можно, и вот уже тебе до конца года можно в ус не дуть. Дурачок едет по этапу за сбыт в особо крупных размерах, плюс за хранение и попытку сбыть огнестрельное оружие и ещё кучу всего, а у тебя всё в шоколаде. Ты молодец и повысил раскрываемость, тебе положена премия и благоволение начальства.
Мучает ли меня совесть? Нет. Меня не заботит то, насколько плохо я поступаю с какими-то полукриминальными личностями. Я никогда не шил дело против совершенно невиновного человека. Это всегда были люди так или иначе связанные с криминалом. Эти люди должны понимать в каких кругах они крутятся и чем это чревато.
Всем известно, что в нашей стране почти все уголовные дела заканчиваются обвинительным приговорами. Но это вовсе не значит, что половина из заключённых присели ни за что. Все немного иначе. Приблизительно половина сидит за дело, а ещё пятьдесят процентов сидит за то, чего они не совершали, однако совершили при этом что-то другое. Например, человек попался на краже, а я могу подкинуть ему оружие и пришить дополнительную статью, потому что начальник пришёл и сказал, что кровь из носу, жопой об асфальт, нужна срочно раскрываемость по двести двадцать второй статье.
Жаль ли мне того, кому я подбросил пистолет Макарова? Нет, не жаль. Сидел бы дома, ходил на работу, никто бы его не тронул. Циничен ли я? Да. Мне плевать на всех, кроме себя и своего благополучия. Только я, в отличии от некоторых, не боюсь в этом признаться самому себе.
Я мерзкий человек и все мои страдания и сложившееся обстоятельства, являются последствием образа моей жизни. Так что неудивительно, что такому куску дерьма как я, перепала неразделённая любовь и кромешный ад, в котором я утонул окончательно и бесповоротно.