К обеду я всё же настроился на рабочий лад и смог погрузиться в свои повседневные обязанности. Но не успел я приступить, как меня вызвал к себе Прохор.
Я пришёл к его кабинету и постучал в дверь. Дождавшись разрешения, я вошёл и пройдя в центр помещения, встал напротив его стола.
- Садись, Андрей. Разговор есть.
Я молча подчинился и взяв с его стола авторучку, принялся крутить её между пальцев, думая о том, что ничего хорошего он сейчас не скажет и готовясь к неприятному разговору.
Он тяжело вздохнул и как всегда, отвел глаза к окну, наблюдая за стаей врановых, которые кружили за стеклом и громко галдели между собой, как будто что-то не поделив.
- Тебе следует подготовиться к переводу, Андрей. - сказал он.
- Куда?
- В Ленинский.
- Это похоже на ссылку, Евгений Юрьевич. Что я там забыл? Это из-за того, что я слился? Такое наказание?
Он поморщился и наконец посмотрел мне в глаза.
- Ты же понимаешь, что я теперь не могу оставить тебя здесь.
- Можете, просто не хотите. - возразил я, выдерживая его тяжёлый взгляд и продолжая смотреть ему в глаза.
Его взгляд стал жёстче, но я продолжил держать с ним зрительный контакт и не отвёл глаз.
- Там острая нехватка оперативников. Ты же сам хотел уйти, вроде как скучно тебе в кабинете сидеть. Вот и оружие табельное получишь и работу весёлую. Всё как ты любишь.
Я смотрел начальнику в глаза и думал о том, что уже совершенно не хочу возвращаться к оперативной работе. Если бы мне предложили этот вариант ещё месяц назад, я бы не раздумывая, согласился, но теперь нет. Я собирался стать отцом, и если это действительно произойдёт, то я не хочу больше рисковать своей жопой, прыгая на ножи нарколыг. Нет уж, увольте. Пусть кто-то другой бегает по крышам, прыгает в окна автомобилей и гоняется за преступниками по ночному городу. Мне хватает и тех рисков, которыми полна моя нынешняя должность. Если моя любимая и правда забеременеет, то я должен буду обеспечить ей комфорт, безопасность и спокойствие. Любое лишнее волнение может негативно сказаться на здоровье будущего малыша. Моя жопа больше мне не принадлежит. У ребёнка должен быть отец. Так что пусть Прохор ищет кого-то другого на эту должность.
- Евгений Юрьевич, в моей жизни кое-что изменилось и я больше не хочу работать оперативником. - сказал я. - Найдите кого-нибудь другого. Кто угодно подойдёт лучше меня: молодые ребята, жаждущие приключений, ветераны службы, которым нечего терять. Можно я останусь при своих папках с делами и протоколами допросов?
Прохоров вздёрнул бровь, прицокнул языком и окинув меня своим самым циничным взглядом, собрался что-то сказать, но почему-то замолчал. После паузы, он тяжело вздохнул и всё же произнёс:
- Ладно, дай мне пару дней, я подумаю, что можно сделать для тебя. Следователи там укомплектованы.
- Спасибо, Евгений Юрьевич. - сухо сказал я, поднимаясь.
- Куда ты собрался? Я тебя разве отпускал?
Я замер и постояв секунду, снова опустился на стул.
- Не нравится мне всё это, Андрей. Что с тобой происходит? Объяснись.
Я вздохнул и принялся разглядывать своё колено, затем всё же поднял на него глаза и решил ответить честно:
- Евгений Юрьевич, в моей жизни появилась женщина. Мы хотим завести ребёнка и... Вы же понимаете, что сидеть за столом, составляя схемы преступлений и анализировать показания свидетелей, это гораздо безопаснее, чем крутить уголовников в подворотнях.
Прохор удивлённо вскинул брови и снова прицокнул языком.
- Удивил конечно. Вроде ж только развёлся и уже новую нашёл. Быстро ты. Ладно, иди, свободен пока. - сказал он, махнув на меня рукой, жестом показывая, чтобы я проваливал.
Я поднялся и пошёл на выход. По дороге к своему кабинету я думал о том, что наверное, напрасно вывалил подробности своей личной жизни Прохору, но иначе он бы не услышал меня и продолжил настаивать на моём переводе в оперативники. Так или иначе, было уже поздно сожалеть о своей болтливости и назад уже ничего не отмотать.
То, что он решил меня турнуть с отдела, меня не удивило. Обиделся всё же. Но это ничего. Ничего. Это я переживу. Взаимоотношения с Прохором меня сейчас интересовали в последнюю очередь. В данный момент времени меня больше заботила моя личная жизнь, поэтому я спокойно вернулся в свой кабинет и до вечера просто выполнял свою работу.
Вечером, я поймал себя на том, что впервые за долгое время, торопился попасть домой. Это было так непривычно и странно, что вызывало довольно смешанные чувства. С одной стороны я понимал, что в скором времени вся эта история закончится и я снова останусь один, а с другой, мне очень хотелось просто насладиться моментом.