здух, повернувшись к Гвендолин спиной. - Я отвозил Стэйси в пансион, - безразлично протянул он, постукивая указательным пальцем о руль: в глубине души Клиффендер начинал нервничать, но всячески пытался подавить это неприятное чувство. - И вдруг по дороге назад увидел... Ты лежала на обочине в траве, без сознания. Что-то кольнуло внутри Гвен: в такие моменты она чувствовала лишь досаду, разочарование и тошноту вперемешку с ознобом. Ей безумно хотелось выскочить из автомобиля и бежать, куда глаза глядят, но боль в ноге и страх перед глухой ночью не давали ей этого сделать. - Который час? - это всё, что смогла из себя выдавить Гвен, потупив пустой взгляд вниз. - Без двадцати одиннадцать, - сухо ответил Мэттью. - О нет... Мне нужно попасть в пансион до одиннадцати, а иначе я буду ночевать на улице! - внезапно воскликнула Паркер, вцепившись пальцами в мягкое сидение. - Тебе разве не надо к врачу? Я бы смог отвезти тебя, - ненавязчиво предложил Клиффендер. - Нет, спасибо. Мне нужно в пансион. - Как хочешь, - Мэттью вставил ключ в замок зажигания и провернул его. Рыкнул мотор - и « Плимут Фури» тронулся с места. Автомобиль ехал медленно и плавно, едва покачиваясь: его движение убаюкивало, но Гвен было не до сна. Прислонившись головой к оконному стеклу, девушка безразлично взирала в темноту. В груди невыносимо жгло: то ли от того, что с ней сегодня произошло, то ли от холодного безразличия Мэттью Клиффендера. Где-то глубоко в душе она ещё надеялась на то, что он хоть на каплю станет таким как прежде, до того самого переломного момента, когда всему пришёл конец. Да, Мэттью отвернулся от неё резко и без объяснений. Почему - Гвен сама до сих пор не знала. В сей момент Гвендолин осознала, что никогда в жизни не хотела так рыдать, как сейчас: отличаясь твёрдым характером, она прежде никогда не разрешала себе подобных вольностей. И, даже если бы Мэттью снизошел к ней и хотя бы обнял её, пытаясь успокоить, Гвен бы продолжала лить слёзы, не сдерживая себя. Но она знала - он этого не сделает. И от этого рыдать хотелось ещё больше. Громкий всхлип вырвался наружу совершенно внезапно: Гвен, попытавшись сдержать внутренние порывы, со всей силы прикусила губу. Теперь она предстала перед ним совсем в ином облике, и от этого хотелось провалиться под землю. Доказывать обратное теперь было бессмысленно: уронив лицо на ладони, Гвендолин громко зарыдала. До пансиона оставалось совсем немного: ударив по тормозам, Мэттью остановил автомобиль. Недолго думая, он извлёк из бардачка белоснежный платок и, повернувшись, протянул его заплаканной Паркер. - Держи. Молча схватив платок, Гвен уткнулась в него лицом. - Спасибо, - внезапно буркнула девушка, протянув платок обратно. - Нет, оставь себе, - Мэттью отмахнулся. - До пансиона идти минуты три пешком. Сама доберешься? - Да, доберусь, - пробормотала Гвендолин, всё ещё продолжая всхлипывать. - Вот же... Едва не забыл, - молодой человек оживлённо принялся копаться в бардачке. - Где же она... А вот. Это твоё? Гвен широко распахнутыми от удивления глазами смотрела на разжатую ладонь Мэттью, на которой красовалась давно утерянная серёжка. - Моё... Но... Откуда она у тебя? - Сама знаешь, Гвендолин Паркер, - с лёгкой иронией протянул Клиффендер. - Забирай своё имущество, мне оно ни к чему. В груди что-то опять неприятно сдавило: Гвен, протянув дрожащую руку, аккуратно взяла украшение пальцами так, чтобы не прикоснуться к ладони Мэттью. - Ничего я не знаю, Мэттью Клиффендер, - немного осмелев, возразила она. - И даже понятия не имею, за что ты меня так ненавидишь. Дёрнув за ручку, Гвен распахнула дверь. Выбравшись наружу, девушка вдохнула холодный ночной воздух. Она желала лишь одного: поскорей скрыться с глаз этого человека. - Гвендолин Паркер! Застыв на месте, Гвен обернулась, потупив влажный от слёз взгляд в Мэттью, внезапно преградившего ей путь. - С чего ты взяла, что я тебя ненавижу? - вопросительно изогнув бровь, поинтересовался он. - Это ведь очевидно, - нехотя ответила Гвендолин: она всем сердцем желала поскорей закончить этот бессмысленный диалог. - Скорее презираю. Это совершенно два разных понятия. - Для меня это одно и то же, - проворчала Гвен, пытаясь уйти в сторону. - Что это у тебя такое? Внезапно взгляд Мэттью упал на кулон в виде оленя, случайно показавшийся из-за воротника пальто Гвен. - Кулон, и это тоже очевидно. - Где ты его взяла? - Клиффендер щурился, продолжая рассматривать украшение. - У него ухо надломлено... - На ярмарке купила, - огрызнулась Паркер: она не понимала, почему вдруг его заинтересовала эта маленькая безделушка. - И что с этого? - Ничего, - протянул молодой человек, снова скрывшись за маской безразличия. - Гвендолин Паркер... Через десять минут пансион закрывается, поэтому поспеши. - Спасибо, Мэттью, - Гвен через силу выдавила из себя благодарность: ей показалось, что на мгновение лёд растаял но, как оказалось, это мнение было ошибочным, как никогда. - Это обыкновенная человечность, поэтому можешь не благодарить. И ещё, хочу попросить тебя, чтобы ты выбросила эти пару часов из головы. - Не понимаю... - Ты меня не видела, - холодно произнёс Мэттью. - И я тебя тоже. Забудь об этом, Гвендолин Паркер. Гвен ничего не ответила. Его слова, словно острый нож, пырнули её в самую душу, не давая возможности произнести ни слова: судорожно глотая воздух, она, не оборачиваясь, медленно побрела в сторону пансиона. И лишь Мэттью, оставаясь на месте, продолжал смотреть ей в спину до того момента, пока та не исчезла из глаз, скрывшись под чёрным покровом ночи.