Исполнительный механизм номер 371 получил питание на центральный процессор и стал прогонять тесты состояния. Все системы отозвались зеленым уровнем готовности, подтверждающим их полную работоспособность. Только сенсор визуальной разведки отозвался шелтым, сигнализирующим о не полной готовности. Причиной неисправности послужил конденсат влаги, осевший на внешней поверхности объективов. После его удаления система так же показала зеленый уровень готовности.
Сканирование местности показало, что 371 й спускается на парашюте и до земли остается не более трехсот метров. Местность в которую он опускался являла собой степь , поросшую высокой травой и отдельными деревцами. Одновременно с разведкой местности через блок связи пошла информация о задаче и месте его проведения. Электронная карта и блок позиционирования услужливо подсказали роботу его местоположение и маршрут движения. Контролируя процесс снижения он подогнул опоры и мягко приземлился на них, погасив энергию собственного падения. Отцепив парашютный ранец он, работая манипуляторами быстро выкопал яму и закопал в нее ранец с упакованным туда крылом. Он не задавался вопросом "зачем", а просто исполнял данную ему инструкцию. Затем, собрав три десятка небольших камней три-пять сантиметров в диаметре, 371й просверлил в каждом из них отверстие диаметром пять миллиметров и глубиной пятнадцать миллиметров, поместив в каждый из них миниатюрный микрофон с устройством сбора данных и миниатюрным передатчиком. Эти приспособления были способны накапливать информацию в течении десяти местных дней и , практически мгновенно сбрасывать ее по внешнему сигналу с дрона-сборщика на его накопитель по широкому радиоканалу. Уложив доработанные таким образом камни в специальный контейнер, 371й включил режим маскировки и направился к расположенному в двадцати километрах от места посадки поселению. Масаировка заключалась в том, что все поверхности тела 371 го представляли собой экраны, на которые проецировалось изображения с микрокамер, расположенных на противоположной стороне конструкции. Это хоть и не делало робота невидимым совсем, но очень затрудняло его визуальное обнаружение.
Приближаясь к селению 371й замедлил свои движения. Это снижало скорость выполнения задачи, но, одновременно с этим и уменьшался и звуковой фон, генерируемый при перемещении. Пользуясь темнотой и маскировкой, робот бесшумно подкрадывался к нескольким хижинам. Вдруг, от одной из них отделилась невысокая стремительная тень и с громкими звуками бросилась в его сторону. Программа 371го подразумевала защиту себя от представителей местной фауны, ограничения были только в части убийства людей. Никто не собирался повторять ошибку восьмисотлетней давности, когда отряд андроидов, посланный с орбиты для установления контакта, уничтожил в порядке самозащиты десяток встречавших их людей. Поэтому, агрессивное местное животное, которое ничем не напоминало человека тут же получило пулю из почти бесшумного пневмоштуцера и повалилось на землю. Вопросом : "А что делает агрессивное животное рядом с человеческим поселением?" - 371й не задавался. И, когда из за соседних хижин выскочила небольшая стая таких же существ, он , ни секунды не поколебавшись, раздал каждому по пуле. В этот момент произошло два события - к управлению 371го напрямую подключился Венцель, обеспокоенный тем, что одно из подчиненных ему оконечных устройств, по сути, ведет бой. И из крайней хижины выскочил местный житель, вооруженный копьем, которое он сжимал в правой руке и горящим факелом, который он высоко поднимал над собой левой, в попытке осветить как можно больше пространства.
Абориген еще не видел 371го, скрытого своей маскировкой, а Венцель во все глаза или, вернее сказать, объективы оконечного устройства, рассматривал ... . Он даже затруднялся как назвать человека стоящего перед ним... и не придумав ничего лучше стал называть его просто инопланетянином. Да. Именно инопланетянина и рассматривал сейчас Венцель.
Человек был ожидаемо, для ново-землянина, высок. Имел большую выпуклую грудную клетку и , немного диссонирующие с ней тонкие, прямо таки , изящные руки и ноги. Однако, несмотря на худобу, конечности были переплетены рельефными мышцами, что говорило о хорошей физической форме аборигена. Одет он был в кожаную , распахнутую на груди тунику. Бедра охватывала кожаная же юбка. На ногах у него были обуто какое то подобие кожаных же тапок. Копье, которое он держал в руке, настороженно поводя им из стороны в сторону, было изготовлено из крепкой деревянной парки к концу которой была кожаной веревкой примотана кость, срезанная наподобие медицинской иглы. Лицо незнакомца имело резкий, ястребиный профиль и было украшено густой черной бородой , заплетенной в две тугие косы. Волосы на голове были заплетены в пучок, свисавший с макушки наподобие конского хвоста.
Пока Венцель делал эти наблюдения из соседних хижин, которых в поселении было всего то штук восемь, выскочило еще с десяток мужчин и бросились на помощь к первому. Обменявшись несколькими фразами, которые хоть и показались Венцелю знакомыми, но остались непонятыми, они разошлись и стали осматривать трупы животных, убитых 371м. Сознание человека-корабля испытало легкое беспокойство, от того, что аборигены, в порыве поискового энтузиазма могут наткнуться на робота, стоявшего метрах в двадцати от места происшествия и которого местные пока не замечали благодаря его неподвижности, темноте и совершенной маскировке. Поэтому он дал команду 371му медленно и бесшумно отойти назад на пятьдесят метров. Чувствительные акустические сенсоры робота не уловили никаких посторонних звуков. Однако десяток первобытных охотников как по команде повернулись в его сторону. Они настороженно уставили свои копья в темноту и настороженно вслушивались в ночь.
371й продолжал медленно отходить, а охотники все так же стояли и настороженно вглядывались в пространство перед собой. Когда между аборигенами и роботом оказалось расстояние более пятидесяти метров, Венцель развернул оконечное устройство и побежал в сторону ближайшей рощицы, рассчитывая переждать светлое время на ветвях одного из деревьев в ней, а следующей ночью наведаться обратно в поселение и расставить акустические датчики.
Вурдалак.
Охотник клана черной руки, Джара, спал в своей хижине в объятиях своей новой жены. Старая спала у входа, вместе с ребенком. Ребенок ворочался во сне и это мешало мешало охотнику заснуть. Он встал, одел чуни, подошел к тлевшему посередине хижины очагу. Покопался в нем, достал остатки мяса, тушеного в глиняном горшке с корнями и тихо прошел к выходу. Сел, притворив за собой полог. Тут же под ноги кинулся верный степной волк по кличке Мохнатый. Потрепав его по загривку, Джара сунул ему кость с остатками мяса, которую собирался только что обглодать сам. Волк лизнул руку хозяина и, приняв подарок, улегся у его ног. Мужчина же сидел на большом и нагретом на солнце камне и размышлял о том, зачем он взял себе еще одну жену. С одной стороны, она, конечно, молода и красива и искусна в ночных утехах, а с другой - теперь придется приносить домой на треть больше мяса. А что бы его добыть - нужно будет на треть больше времени проводить на охоте. Вместо ночных утех... С третьей стороны, его первой жене было тяжело самой, в его отсутствие и хозяйство вести и растить ребенка. А так ей будет помошница. Поладить они должны... Да и нельзя было не взять в жены юную сестру друга Сама, погибшего месяц назад на охоте. Старик-отец Сама был не в состоянии прокормить семью. А других сыновей у него не было. Да. В степи мужчина - это кормилец и охотник. Вот на юге, говорят, есть люди у которых семью кормят женщины. Они выращивают зерно и работают в поле. Их мужчины ленивы и только и делают, что сидят под навесом, пьют вино и кушают лепешки. Тут воспоминания Джарры перескочили на вкус этих самых лепешек. Ему, тогда еще ребенку, однажды удалось попробовать такую. В тот год клан ходил охотится в предгорьях. И там они встретили других людей. Непохожих на охотников. Встреча кланов - это всегда праздник, если только они не враждуют. Лучшая одежда, лучшая еда. И вот, на разосланной холстине, которую именовали не иначе как "божьей дланью", среди вареного и жаренного мяса, вареных кореньев зефы, вкусного стоялого сока фигурного дерева и появились две лепешки, которые женщина из встреченного клана заботливо распарила в горшке. Они источали непередаваемый аромат и стали главным угощением праздничного обеда. Всем досталось по небольшому кусочку и Джара с улыбкой вспоминал, как растягивал удовольствие, отщипывая по маленькому кусочку от вкусно пахнущей и поразительно вкусной массы...