Ворону стало тошно. Неужели они не видят?
-Кто вы такие?
-Мы Боги людских грехов. Те, кто помогает этим несчастным жить в свете и любви.
-Вы назвали себя Богами, потому что искупались в живом озере, верно? Я, судя по вашей логике, тоже могу быть Богом.
-Ты не можешь быть Богом, мой мальчик, - Каир хотел вновь дотронуться, но передумал, - в тебе слишком много зла, чтобы нести свет людям.
-Зачем его здесь держат? - рыжий мужчина, отодвинул Каира в сторону.
-Нам следует разобраться в этом, Андриэль. Володар, ты можешь пустить нас в общину? Люди ждут нас.
Ворон скривился.
-Вы лжете им.
-В чем же? Ты сам трепещешь от нашей силы. Если бы ты позволил, то я бы стер в тебе все предрассудки, боль, злость и неверие, но ты не хочешь. А прикасаться к кому-либо без согласия, мы не имеем право.
-Каир, нам надо в общину! - поторопил Амаль, - они взывали к нам трепетно все это время…
-У нас есть дело поважней, - оборвал Каир, - у нас тут неверующий, прибывший из другого государства. Для новоприбывшего пленника он знает достаточно.
-Да, про Адама, я тоже слышал, - сказал Ворон, - кстати, где он?
Внезапно все шесть Богов подняли руки к небу, опускаясь на колени, и запели. Им вторили обезумевшие люди из общины. Ладная песнь ласкала слух, но дарила душе тревогу, которую прежде Ворон не ощущал. Когда неожиданное песнопение закончилось так же резко, как и началось, Каир поднялся с колен, не удосужившись стряхнуть с себя снег. Черты Бога ожесточились. Теперь он, вопреки своей же божественности, едва ли сдерживал гнев. Ворон отчасти был рад, что вывел их хоть на какие-то эмоции.
-Не смей более никогда произносить его имя. Слышишь, никогда! То, что ты слышал, лишь малая часть всего, что произошло. Взывая к злу - его же призываешь!
Парень видел, как всех их распирают разные эмоции. Как быстро гнев взял над ними верх. Истинные Боги никогда не поддаются людским эмоциям. Особенно, если имеют к ним прямое отношение.
Андриэль вздернул подбородок, а затем отвернулся, собираясь уйти. Люди позади заголосили так неистово, что у Ворона сжалось сердце. Нет, не от жалости. Скорей, от омерзения. Неужели они не видят то, что видит он? Неужели все так слепы?
-Погоди, Андри, - Каир остановил Бога, легко тронув того за плечо, - сила призыва столь велика, что мы не можем оставить людей без своего благословения.
Ворон фыркнул и отошел в сторону. С него достаточного этого цирка. Он махнул рукой и закрыл глаза, отгораживая себя от всего, что происходило вокруг. На душе было гадко, во рту стоял привкус горечи. Люди кричали от счастья, светились и падали ниц. А его словно огрели чем-то невероятно тяжелым, заставляя ссутулиться.
Ворон не понимал. Очень хотел понять, но не понимал. Неужели шестерка безродных чудаков смогла так быстро одурачить народ? Они ведь не могут быть глупы? Так ведь? Или могут?
Он открыл глаза, узрев картину полного умиротворения. Община будто ожила и расцвела. Некогда хмурые люди, редко общающиеся между собой, теперь улыбались и говорили, говорили, и говорили.
С неба пошел мелкий снег, приятно охлаждая кожу. Ворон потрогал горячие щеки и вздохнул. Что мешало бы сбежать сейчас? Ничего. О нем все забыли. Просто повернись и беги сломя голову, просто повернись…
-Ты в порядке?
Раздался знакомый низкий, чуть с хрипотцой, голос. Ворон недоуменно обернулся, обнаружив перед собой Мишу. Как он умудрился так неслышно подойти непонятно.
-А ты? - Ворону не хотелось разговаривать.
-Там народ волнуется, - мужчина указал рукой на общину, - ты бы аккуратней был, парень. Боги — наше единственное спасение. А ты не пускал их.
-И что? Обвините меня в одержимости?
-А? - явно не понял Миша, - одержимости?
-Ясно.
-Пойдем пройдемся. Нечего тут стоять и привлекать к себе лишнего внимания.
Видеть его таким спокойным и рассудительным, не пытающимся полезть в драку или выкинуть что-нибудь глупое, оказалось непривычным и даже пугающим. Ворон насторожился, на всякий случай сжав руки в кулаки. Но тот развернулся и пошел в сторону гор. На его бороде то и дело плавно оседали снежинки и тут же таяли. Ворон залюбовался зрелищем, запоздало поняв, что Миша смотрит на него настороженно.
-Зачем мы ушли? Если хочешь…
-Я хочу закончить разговор, который так и не состоялся. Нас прервали, помнишь?
Парень кивнул.
-Так вот, я не знаю, кто ты такой и почему Млада возложила на тебя столько надежд, - Миша замолк на секунду, будто боялся продолжить, - как по мне, ты намного опасней.