-Волки, вероятно. Тут дремучие леса, непроходимые.
-Волки, да, - тот, что со шрамом недобро хмыкнул, - только вот отпечатки на коже у него от человеческих зубов.
-Значит, у вас тут завелись оборотни, - пожал плечами Ворон, вспоминая свои окровавленные руки.
-Да брось, парень! Мы тут всех знаем в селе нашем. Ты один тут новенький. И явно не с чистым прошлым. За что нашего убил? Ты как глотку ему вырвал? Не ты ли тот самый оборотень?
Ворон вскинулся.
-Я не в настроении разбираться с вами, ребята. Идите куда шли, целей будите.
-Ты, видимо, не понял, - шрамированный угрожающе наступал, - я спрашиваю, на кой нашего убил?!
Ворон с охотой ответил бы, если бы помнил. Но, как назло, память отказывалась возвращаться. Больше всего он боялся вновь ощутить в себе ту тьму, которая так и жаждала жертв. Ее нельзя контролировать, она не поддавалась мольбам и уговорам. Она просто появлялась и отключала все чувства, кроме дикой первобытной ярости.
Ворон промолчал, с ужасом поняв, что чувствует злость. Стараясь уйти от проблем, попытался отойти, но ему не дали, резко схватив за плечи и толкнув в снег. На него навались сразу двое, нанося одновременно удары.
Ворон зарычал, отпуская ситуацию. Сила, сотканная из ярости, откинула обоих на достаточное расстояние, чтобы встать и кинуться в атаку. Он бил точно и сильно, слышал хруст ломающихся костей, крики и стоны. Испуг в глазах жертв только сподвиг к продолжению. Парень схватил второго, нанеся удар точно в грудную клетку, и, взревев, проломил ему ребра, вытаскивая нож из кармана. Первый со шрамом с криком бросился бежать, но разве бег мог спасти?
Ворон метнул нож в спину. Тот попал точно между лопаток.
Ворон опомнился только тогда, когда услышал визг и завывание. На шум сбежались люди, они оцепили место бойни живой стеной. Крест обжег кожу, возвращая сознание на место. Парень огляделся, понимая, что если его схватят, то точно придадут суду. Оставалось только одно. И он побежал навстречу темному лесу.
Он не помнил сколько бежал вот так, через белую гладь рыхлого снега. Дыхание давно сбилось, рваные сапоги насквозь промокли, горло и нос обжигал холодный воздух, вызывающий кашель.
Зацепившись о корень, парень грузно повалился на землю, упав лицом в сугроб. Одежда тут же наполнилась влагой, неприятно стала липнуть к разгоряченной коже.
Ворон перевернулся на спину, хрипло задышал и закашлял, слыша булькающий звук в лёгких. Так глупо умереть, замерзнув тут.
Леса эти, непротоптанные людьми, таили в себе много опасностей, начиная от разбойников, которые не раз нападали на него, заканчивая дикими животными, которые не прочь были бы полакомиться человеческой плотью.
Ещё ходило немало легенд о леших и его подданных, которые обманом заманивают путников в лес, где те и погибали.
Ворон в подобные сказки не верил, но отчего то именно сейчас стало жутко. Страх поднял Ворона с колен, на которые он встал, чтобы осмотреться.
Надо убираться отсюда. Зимой темнело рано, остаться в лесу ночью желание не возникало. Хотя, он ведь ночевал уже в лесу. Будучи пьяным. Однако сейчас пьяным он не был, поэтому высоко поднимая ноги побрел по прямой.
Силы скоро покинули, так как Ворон прилагал не мало усилий, чтобы расчистить себе путь. Клонило в сон, уставшие от частого кашля лёгкие болели, руки ломило от холода.
Он шел и шел, стараясь не идти на поводу желанию лечь и больше не двигаться.
Шел до тех пор, пока вдалеке не послышался колокольный звон. Или не колокольный?
Ворон замер с приподнятой ногой и прислушался. Точно звон. Только какой-то более низкий и раскатистый. Больше походивший на монотонные удары о барабан.
Парень прибавил шаг, спотыкаясь о корни, скрытые толстым слоем снега.
Вдалеке мелькнул просвет. Ворон ломанулся туда. Потяжелевшая от воды обувь, слетела с ног. Босые ноги тут же замерзли.
Ворон даже не вернулся, чтобы забрать ботинки, побежал так, надеясь, что выйдет на какое-нибудь поселение.
И оказался чертовски прав. Вышел он на большую деревню. Забор или какая-либо стена, являющаяся защитой от непрошеных гостей вроде него, отсутствовала.
Обезумевший от холода Ворон упал прямо в ноги молодой девушки одетой очень странно для его страны. Та испуганно вскрикнула, но не убежала, а напротив залепетала что-то на странном наречии, которое парень с трудом понимал.
Поняв, что незнакомец ничего не ответит дельного, она позвала кого-то. После чего Ворон со спокойной душой провалился в забытье.
Трещали дрова в печи, за окном кто-то протяжно выл на одной высокой ноте. Ворон открыл глаза, обнаружив себя лежащим на кровати и накрытым шерстяным колючим одеялом. Рядом сидел пёс, мохнатый с дружелюбной мордой. Пёс тот очень походил на волка, чем и испугал в первое мгновение парня. Увидев, что человек проснулся пёс гавкнул.