— Афина, подойди сюда, пожалуйста.
Она кивнула, закончила вскрытие последнего бункера и сделала прыжок, приземлившись на своевременно поддатую руку гиллиана.
— Что-то случилось?
— Да. Нужно соединиться с ним и проникнуть ему в голову. Пока мой плащ не ахти мне подчиняется.
— Хорошо. Только вот вы хотите туда проникнуть. Что мне там без вас делать?
— Думаю, что с тобой у меня получиться соединиться. Плащ практически твой, так что тебе не составит труда синхронизироваться с ним, ну и со мной тоже.
— Тогда попробуем.
— Давай….
Афина сделала прыжок и оказалась у него на голове. Менос никак не отреагировал. Лишь опустил вниз освободившуюся руку. Я последовал примеру волчицы и скоро оказался рядом с ней. Она немедленно подсоединилась к моему плащу и через пару секунд я почувствовал, как ее реацу циркулирует вокруг меня, частично проникая в меня. На этот раз связка получилась довольно странной, непривычной. За долю секунды перед моим глазами пронеслась целая масса информации, которая накопилась в голове Афины за последнее время. Это были не просто ощущения эмоционального состояния, а именно воспоминания, точные ощущения, которые она ощущала и даже некоторые мысли. Я словно губка впитывал эту информацию, причем очень быстро. Раньше такого не было.
Внутренний мир гиллиана, а точнее, то, что из себя представлял разум этого пустого, оказался довольно неожиданным. Честно говоря, не ожидал ничего такого увидеть. Пустыня, в которой располагалось множество остовов странных зданий, которых словно собрали из различных мест и городов. Такого разнообразия архитектурных стилей и направлений я редко когда видел в одном месте. Мы находились на вершине какого-то не то холма, не то башни в самом центре этого места. Моя внешность при вторжении во внутренний мир не изменилась, а вот внешность Афины снова преобразилась в человеческую. Перехватив мой заинтересованный взгляд, она лишь пожала плечами.
— Придется довольствоваться фантазиями, раз в реальности такое невозможно.
— Хм….
— И сколько интересно мне потом придется учиться ходить на двух ногах, если и в самом деле смогу стать арранкаром?
— Об этом я как-то не задумывался. Ладно, пора бы найти нашего друга гиллиана. Довольно необычное это местечко. Обычно внутренний мир пустых формируется из картин окружающей среды и меняется под воздействием внешних факторов. Чем больше воздействие извне, тем больше изменения. А вот этот экземпляр действительно странный.
— Думаю, тут причина в вас, а не в нем.
— Почему это?
— Ведь это именно вы спровоцировали превращение. И ваша реацу стала преобладающей над остальной массой. Думаю, сюда занесло и ваши воспоминания.
— Не думаю. Большинство того, что мы сейчас видим, я вижу впервые. И хватит об этом. Надо найти средоточие его сущности.
— Это не обязательно. Он стоит за вашей спиной.
Я удивился! Ведь я не ощущал чужого присутствия. Резко обернувшись, я увидел стоявшего за моей спиной того самого гиллиана. Точнее не его, а то, как он проецировался в этом мире. Практически человеческая форма тела, черный плащ, безликая маска с тремя полосками и два кольца шипов — на груди и вокруг головы.
— Ничего себе! И как это я его не почувствовал?
— Наверное, потому, что его реацу полностью такая же, как и у вас.
— Что?
Я попытался почувствовать его реацу, и очень скоро был вынужден признать, что у этой сущности реацу и в самом деле была невероятно похожа на мою. Неужели это и есть воплощение той силы, то я влил в это существо?
— И в самом деле. Так, хорошо. Раз уж нам не нужно тратить время на поиски сущности нашего друга, то можно приступить к беседе. Надеюсь здесь то он может разговаривать?
— Я могу разговаривать.
— Вот и отлично! В таком случае, ответь мне на один вопрос. Ты уже его слышал раньше. Как ты смог пережить ритуал. Другие гиллианы вот не смогли противостоять зову, а тебе удалось.
— Я сделал так, как сделали вы…
— Не понял.
Гиллиан постоял пару секунд, после чего его тело неожиданно объяло пламя. Вот это уже было реально не смешно! Он только что использовал покров пламени, на данный момент не доступный даже мне.
— Стоп! Ты можешь использовать покров? Как?
— Покров не снаружи. Он был внутри.
Голос гиллиана был какой-то тихий, невнятный, и, как бы это выразить, пассивный, что ли? Он говорил как какой-то загруженный человек, которого накачали таблетками, да и жизнь постаралась.
— Объясни.
— Огонь горел внутри, а не снаружи.