— И не говори. Если бы не иеро, я потерял бы глаз. Думаю, следовало использовать для этого более слабый образец тартариума.
— А может это связано с пеплом?
— Да, кстати, тоже верно. Хотя вероятнее всего обе эти причины имеют свое влияние…. Хм, зато у нас теперь есть доказательство того, что пепел из ущелья и Тартара имеют общее происхождение, и что из этого можно создавать таких вот бойцов.
— А также доказательством того, что от них не будет никакого толка.
— Почему это?
— Возможно, вы не заметили, но на него не действует мой зов. То есть он нам не подчиняется. Стоит мне убрать свое давление реацу, и он немедленно броситься на нас. Вдобавок, у него нет разума.
— Сейчас мы это проверим.
Я оказался рядом с ним и, схватив за горло, молниеносно подключился к его сознанию посредством быстрого контакта с плащом. После этого некоторое время копался у него в мозгах, в результате чего пришел к определенным выводам.
— Интересно. И в самом деле, разума у него нет, и он действительно не может быть подвержен зову. А знаешь почему?
— Раз уж начали говорить, то говорите. Не нужно меня интриговать.
— Ладно, сама напросилась. Наш любезный друг уже находиться под воздействием чужого зова. И этот зов настолько силен, что с легкостью пересиливает твой, и в перспективе, мой.
— Что? Но кто мог использовать этот зов на нем? И когда он успел бы это сделать?
— Думаю, с самого начала. В тот момент, когда он «родился», он уже был подчинен чужой воле и действовал согласно ней. И отвечая на твой вопрос, кто мог наложить такой мощный зов, скажу, что понятия не имею. Скорее всего, это дело рук того индивида, кто в далекие-предалекие времена настроил пепел таким образом, что он формирует защитников, которые хранят вход в глубины. Где покоиться Древний.
— Тогда….
— Я думаю, что создав этого парня там, в Тартаре, мы сами того не желая, внесли ему программу, согласно которой он должен сражаться с теми, кто вторгается в котлован. И что самое интересное, эта программа настолько сильна, что обойти ее невозможно. Там установлены такие закладки, что наши разработки в плане контроля кажутся просто топорными поделками. Кто бы не вводил их, работал точно гений.
— И что делать?
— Что-что. Этот голубчик, увы, расходный материал. Я был бы не прочь использовать его, но, увы, он не будет работать на нас. Так что остается только его изучать. Да и использовать те конструкции в его голове, чтобы создавать его копии. Только более сговорчивые. А ведь так жалко терять такой потенциал. Получился бы из него Улькиорра, точно получился бы!
— Что еще за Улькиорра?
— Да так….
— Понятно. Снова ваши секреты. А что с ним пока делать? Он даже более опасен, чем ваш шинигами.
— Знаю. Придется на нем применить способ с копьями и путами. Позови сюда Урлука. Это его специализация. Да и ему вполне по силам сдержать черта.
Я и мои ассистенты находились в лаборатории и стояли вокруг стола, на котором находилась целая куча белого пепла, а рядом, в небольшой колонне, был установлен кристаллик тартариума темно-зеленого цвета. Находящиеся вокруг многочисленные полки и столы были буквально завалены всевозможными склянками с различными вариантами древесного сока, жижи, пеплом из Тартара и ущелья, частичками чешуи древних. Было здесь и специально изготовленные инструменты, которые добросовестно создал Ашту при моей помощи (моя помощь заключалась лишь в работе в качестве плавильной печи).
— Итак, господа, как вы уже наверное поняли, что наши многочисленные предыдущие сложности соединения тартариума и пепла для создания уникальной формы жизни были связаны непосредственно с отсутствием некоторых компонентов. Какие, это, по-вашему, компоненты?
— Я полагаю, что это была особая реацу, которая имеется в Тартаре.
— Неплохое замечание, Имхотеп. С чего такой вывод?
— Тартар буквально насыщен странной реацу, которая оказывает влияние на пепел и тартариум особым образом. Я думаю, в этом и есть все дело.
— Какая еще реацу? Почему я ее не чувствовал?
— Господин Арес, вы меня извините, но ваша чувствительность очень слаба. Да, вам не составляет труда обнаружить любое существо и реацу на достаточно большом расстоянии, но вы улавливаете лишь реацу, которая имеет определенную плотность и силу. Это из-за вашей силы. Вы обладаете просто чудовищной аурой, и поэтому вам сложно уловить реацу, которая очень слаба и вдобавок, рассеяна. Мы же вдвоем довольно слабы, и поэтому нам гораздо легче ощутить это.