— Агейп, мне потребуются твоя помощь во время процесса пустофикации. Так что будь добра, при первой же команде немедленно приступай к выполнению тех действий, которые я сейчас тебе разъясню.
— Как вы собираетесь использовать мертвых проводников? Только не говорите, что вы способны воскрешать мертвых.
— Этого не потребуется. Нам будет вполне достаточно того, что у нас они вообще есть.
— Так, что вы хотите, чтобы я сделала?
— Подожди, я все объясню, как только все будет полностью готово. Сейчас к нам присоединиться еще один товарищ. Он окажет нам помощь на начальном этапе. А уже потом в дело вступишь ты.
Практически в этот же момент дверь открылась, пропуская внутрь Урлука, который тащил большой сосуд, заполненный древесной жижей, а также нес за спиной сверток, в котором четко угадывались куски древесины. Прекрасно!
— Рад, что ты присоединился, Урлук. Давай начинать.
— Вы сделаете с этим то же самое, что и с предыдущим?
— Почти. Так как данный экземпляр находиться, так сказать, в состоянии летального исхода, придется заняться им несколько по-другому. Для начала, подавай древесину.
Адьюкас молча, размотал сверток с древесиной и немедленно подал его мне. Я взял несколько кусков и немедленно установил их на груди тела, после чего повторил процесс и с другими кусочками, практически полностью заняв всю площадь передней стороны проводника. После этого зачерпнул немного жижи из сосуда и начал обливать бруски. Материал тут же начал набирать силу, регенерируя, и увеличиваясь в размерах, пуская небольшие ростки и корни, которые соединялись друг с другом, и тем самым полностью оплетали корневой системой все тело.
— Что происходит? Зачем вы это делаете?
— Видишь ли, Агейп, ты должна знать, что деревья, которые растут во внутреннем дворе Крепости, обладают невероятной жизненной силой. Убить эти деревья очень непросто, они быстро восстанавливаются, и могут в кратчайшие сроки полностью занять определенный участок, превратив его в лес. Сок этого дерева обладает поразительными свойствами. Оно способно вызвать усиленную регенерацию даже у одной частички плоти так, что при достаточном количестве сока, плоть способна полностью восстановить организм, к которому он ранее принадлежал. А если облить им кусочки древесины, то можно легко заставить вырасти целое дерево. В данном случае, я использую древесину и жидкость для создания новой оболочки вокруг этого тела, чтобы оно не распалось на духовные частицы из-за нарушения герметичности. Как ты видишь, его тело оплетается целой сетью мельчайших кореньев, а также ростков, которые вскоре создадут своеобразный сосуд, который сохранит внутри себя все то, что я намерен еще туда ввести. Урлук, убери пока сосуд с жижей. Пока хватит. Теперь следующий шаг, в котором мне потребуется уже твоя помощь, Агейп.
— Что я должна делать?
— Ничего. Просто подойди ко мне, для начала.
Адьюкас подошла ко мне и встала рядом. Я взял ее руку и достав кинжал, сделал тонкий надрез на ладони, ломая костяную пленку и добираясь до плоти. Она слегка вздрогнула, но не стала вырываться. В ту же секунду мой плащ проник ей в ранку и пустил «корни», полностью подстраиваясь под ее реацу и уровень. Из места ранки вырос тонкий стебелек, который быстро достиг до головы мертвого шинигами и соединился с ним, проскочив в щель между корнями.
— Вот собственно и все, что от тебя пока требуется.
— И в чем моя роль?
— Скоро узнаешь. А сейчас — мой выход.
Моя рука молниеносно облачилась в перчатку, выросшую из плаща. Я положил ее на голову шинигами и тут же заставил перчатку обзавестись длинными ворсинками, которые проникли в корневую систему и в плоть шинигами. Спустя пару минут, моя реацу начала вливаться внутрь этих двух чужеродных систем, тем самым полностью заполняя их моей силой, предоставляя мне контроль над их сущностями. А потом я оказался в темном мире, которое напоминало какое-то адское болото. Всюду царила трясина, зловонная топь, огромные скрюченные коренья и стволы деревьев. И у меня была компания.
— Вот теперь начнем делать серьезные вещи, Агейп.
— Где мы оказались.
— Внутренний мир нашего нового друга-врага или подневольного подопытного. Видишь, что он из себя представляет, после смерти разума и вторжения сюда инородной сущности. Эти деревья и корни последствия нашего вмешательства.
— И что нам здесь делать?
— Искать сущность его клинка, разумеется.
— Но ведь сущность клинка должна была умереть! Ее уже нет. И быть не может!